— Это правда? — мистер Гринграсс и мистер Нотт не сговариваясь посмотрели на Теодора.
Сметвик же получал свою порцию удовольствий от созерцания не пойми чего, но от моих слов взглянул на всё несколько серьёзней.
— Не стоило, — Дафна коснулась моей руки, — он всё равно не успел сказать.
— Что значит, «не успел»? — мистер Гринграсс, судя по лицу, требовал ответа прямо сейчас.
— Я не мог допустить прилюдного оскорбления Дафны, потому не дал закончить ему фразу. Неуважаемый мною Теодор был вынужден экстренно покинуть общество нас и его друзей, отправляясь в стремительное незапланированное путешествие до стены ближайшего дома в Хогсмиде.
— Мы поговорим об этом дома, — старший Нотт с явным неудовольствием смотрел теперь на своего сына, но тот не сдавался и явно был столь же упрямым, как и отец — это читалось в их глазах.
— Вы, мистер Грейнджер, — Уильям Гринграсс смотрел на меня строго и изучающе. — Могли бы вызвать юного Теодора на дуэль из-за оскорбления.
— Вот ещё, — Нотт-младший высокомерно задрал нос. — Что бы я, да согласился на благородную дуэль с этим… Грейнджером?
— Ах, да, происхождение, — словно с огромным пониманием и сочувствием покивал мистер Гринграсс, давая понять очередной минус моего «немагического» происхождения. — И как бы вы поступили в таком случае?
— Ничего необычного, — пожал я плечами. — Просто случись оскорблению оказаться законченным, факту свершиться, а мой лицемерный друг отказался бы от дуэли, то он просто не вышел бы из больничного крыла. Ни он, ни его товарищи. Абсолютно каждый раз, как я бы увидел его перед собой, он бы отправлялся в больничное крыло. Как вариант. А возможно, семья Ноттов оказалась бы внезапно совершенно нищей. Вы ведь, если мне не изменяет память, уже сталкивались с подобной проблемой? И как? Понравилось?
Продолжая с комфортом сидеть на стуле и постукивать пальцем о стол, я смотрел за попытками Ноттов сохранить лицо. Нет, я решительно не понимаю, что им здесь нужно.
— Дафна, дочка, — миссис Гринграсс наконец решила поучаствовать в разговорах. — Почему ты не сказала нам о твоём конфликте с Теодором?
— Не хотела портить пусть и незначительно, но выгодное финансовое сотрудничество между семьями из-за слов одного несдержанного идиота.
И ещё один камень в огород Ноттов.
— Очень по-взрослому, — с улыбкой кивнула миссис Гринграсс.
— Вынужден признать недостойность поведения моего сына, — нет, Ноттам однозначно здесь что-то нужно. Причём нужно больше, чем Гринграссам от Ноттов. — Принести извинения и пообещать провести некоторые воспитательные мероприятия.
Это у них жаргон такой? «Воспитательные мероприятия». Мне даже немного интересно, что за аттракцион невиданных приключений подразумевается под этой фразой? Причём как из уст мистера Малфоя, так и Нотта-старшего.
— Тем не менее, — продолжил Нотт. — Почему бы не провести дуэль между моим сыном и… мистером Грейнджером? Тем более уважаемый целитель Сметвик здесь как раз для оценки навыков и возможностей потенциального протеже. Тем более Теодор — отличный дуэлянт, и даже состоит в… одном интересном клубе в Хогвартсе, показывая отличные результаты.
На этих словах я почему-то испытал непреодолимое желание взглянуть на Дафну и увидеть на её лице что-нибудь интересное, например, удивление. Собственно, так я и поступил, как и Дафна — переглянувшись, мы дали друг другу понять, что вот сейчас было ничего не понятно. Неужели Нотт-младший рассказывал какие-то басни отцу о своих успехах?
— В самом деле? — Сметвику всё по боку, и целитель выглядел воодушевлённым таким предложением, в отличие от самого Тео, немного сбледнувшего с лица. — Это было бы неплохо. Всё-таки я уже подзабыл, какими должны быть средние, хорошие и отличные навыки у учеников после пятого курса — давно это дело было. Думаю, дуэль помогла бы прояснить некоторые нюансы навыков волшебника и его мышления. А раз ваш сын так хорош, то точно заставит выложиться мистера Грейнджера на полную.
— А посмотреть можно будет? — Пэнси состроила максимально невинное лицо. — Хочу увидеть и запомнить каждую делать этого уникального события.
В который раз замечаю, что достоверная информация крайне плохо расходится между учениками, а уж до родителей, судя по всему, доходят вообще какие-то небылицы. Но так ли это удивительно? Если судить по немногим оставшимся у меня воспоминаниям именно о моей прошлой жизни, то и я, как и другие сверстники, утаивали от родителей почти всё, что только можно, а уж плохое и подавно, преувеличивая успехи. Лож — удел тех, кто боится, или тех, кто слаб. Ну или тех, кто совмещает в себе эти чудесные черты. Потому я отказался от откровенной лжи, дабы случайно не воспитать в себе желание скрыться за ней, найти временное психологическое прибежище от проблем, вместо поиска их решения.
— В самом деле, Гиппократ, — старшие Гринграссы явно одобряли подобную затею, наверняка в тайне надеясь, что Теодор меня как следует проучит в дуэли.
