— Как это «что»? — возмутилась она, хоть и тихо, ведь сидим в библиотеке, а нрав мадам Пинс уже давно стал этаким нарицательным словом. — Коснётся кто другой, и умрёт, а до Гарри метла так и не дойдёт из-за этого.
— Тоже логично. Но есть и отсроченные проклятия, читал о подобном. Одним больше, одним меньше. Не думаю, что для Блэка, на чьей совести минимум двенадцать жизней, а его семья имеет довольно специфическую славу, это будет какой-то большой потерей или разницей.
— Семья? Ты что-то знаешь о Блэках? — Гермиона подалась чуть вперёд.
— Довольно много.
— Но откуда?
— Я уже довольно долгое время читаю и собираю информацию по хоть сколько-нибудь значимым семьям магической Англии, и островов вообще. Блэки считаются довольно Тёмной семьей, древнейшей и благороднейшей. Ещё не так давно семья насчитывала очень много волшебников, была чуть ли не самой многочисленной. Но на сегодняшний день живы лишь несколько её членов. Нарцисса Малфой, Беллатрикс Лестрейндж, Андромеда Тонкс, Сириус Блэк — это одно поколение. В прошлом году были похороны Лукреции Пруэтт, и об этом была целая статья в Пророке — перетирали косточки очередной вымирающей семье. А в позапрошлом умер Арктурус Блэк — его нашли не сразу, информации крайне мало.
— Хм… Я не встречала эти имена.
— Просто ты читаешь учебную литературу, а я много времени посвятил миру вокруг. Кстати, ещё жива Цедрелла Уизли, бабушка нынешнего поколения Уизли. Так что они в каком-то роде родственники. Хотя, Блэки так или иначе приходятся родственниками очень многим семьям, породнив и их между собой.
— Да? Например? — Гермиону, похоже, это заинтересовало, хотя, справедливости ради стоит отметить, что сестрёнка никогда не отказывалась ни от каких знаний.
— Хм… Булстроуд, Бёрк, Крэбб, Крауч, Флинт, Гамп, Лестрейндж, Лонгботтом, Макмиллан, Малфой, Поттер, Пруэтт, Розье, Уизли, Яксли… Это те семьи, в которых ещё хоть кто-то жив на данный момент.
— Невероятно… — Гермиона смотрела на меня с искренним удивлением. — Ты за полгода узнал о социальной части магмира больше, чем я за два с половиной.
— Ты чисто магией интересуешься, если я правильно понял.
— И историей. Правда, последнее время у меня есть некоторые сомнения в достоверности информации из книг.
— Это хорошо. Когда есть сомнения, лучше работают мозги, сопоставляя информацию из разных источников.
Гермиона откинулась на спинку стула, усталым взглядом обведя баррикады из книг на столе.
— Может быть тебе нужно помочь с чем-то?
— Помочь? Нет, Гермиона. Разве что потом, летом, с арифмантикой. Я думал изучать её самостоятельно. Учебники вполне хорошие, понятные, и без всякой «воды».
— Эх… Это так. Вот бы все такими были. Я об учебниках.
Поговорив, мы приступили каждый к своим занятиям. В тёмное время суток библиотека освещалась мягким и неярким желтым светом светильников, создавая уютную атмосферу для чтения и работы с книгами. Вот и мы занялись этим самым чтением, но тишина не продлилась и полминуты.
— Гектор.
— М-да? — я поднял взгляд с книги на Гермиону.
— Ты говорил о семьях магмира. А что насчёт Гринграсс?
— Хочешь знать, — чуть ухмыльнулся я, — не корыстными ли я целями руководствуюсь, общаясь с Дафной?
— Нет, что ты! Просто интересно…
Я отложил в сторону книгу и, подперев рукой голову, начал вспоминать разрозненные данные по этой семье.
— Как и Блэки, считается древнейшей и благороднейшей. Их корни где-то на континенте, а сюда пришли, как и некоторые другие, в том числе и Малфой, в составе волшебной части завоевательного похода Вильгельма Бастарда. Кстати, именно благодаря поддержке трёх волшебников из семьи Гринграсс, тогда носивших другую фамилию, битва при Гастингсе имела такой успех. Малфой тоже отличился, организовывая логистику на чужих землях.
— Я и не думала, что волшебники так активно участвовали в жизни обычных людей.
— Так написано в различных книгах, статьях, исторических записях, — развёл я руки в стороны. — Думаю, с введением Статута Секретности многое повырезали. Да и не стоит заблуждаться — правительства обычных и магических стран прекрасно осведомлены друг о друге и сотрудничают. А из хроник повырезать всё лишнее — плёвое дело. Пиши что хочешь, а через лет сто и свидетелей не останется, будет лишь одна правда — написанная в «правильных» книгах.
— А ведь интересно, — Гермиона тоже отложила свои книги, глядя на меня. — Что-то ещё о них интересного известно?
— Гринграсс, как и Малфой, да и Блэк — одни из самых богатых. Входят в список «Священных Двадцати Восьми». Сфера интересов в бизнесе довольно широка, и в основном связана с импортом различных вещей и налаживанием местного производства различных аналогов путём так называемой обратной инженерии.
— То-есть?
