— Да бред! — возмутилась Пэнси, хотя возмутилась она явно лишь для вида.
— Может быть, — кивнула задумчиво Дафна. — Такое действительно может быть. В такое сложно поверить, учитывая… Многое учитывая. Но сугубо теоретически, в подобном нет ни одной сложности — только много возни.
— Вот именно.
— Ты же не думаешь, что у тебя подобное получится? — ехидно осведомилась Пэнси.
— А мне это и не надо. Я конкретно решил стать целителем. Лечить и исправлять то, что считается не просто невозможным, а при котором рекомендуют пустить Аваду в лоб, чтобы не мучиться.
— И как ты со своими амбициями попал к хаффам? — хмыкнула Пэнси, явно не особо веря в успех моих стремлений. — Да и неужели ты думаешь, что у тебя что-то получится? Откуда вообще такое желание быть целителем?
— Разве может быть иначе? — ухмыльнулся я, откидываясь на спинку диванчика. — Посмотри вокруг, Паркинсон. Волшебников слишком мало. Ценна каждая капля волшебной крови. Разве можно относиться к здоровью нации пренебрежительно? Тем более, я сейчас затронул в изучении тему малефицистики и ужаснулся — при определённых обстоятельствах проклятья могут так въедаться в тело, что становятся наследуемой патологией. Разве это не ужас? И с этим практически ничего нельзя сделать. Пока что.
— Ха! Думаешь, научишься лечить подобное? Невозможно, — веско и без всяких сомнений выдала Пэнси, тряхнув каре чёрных волос.
— Разве? Мы волшебники, Паркинсон. Для нас нет ничего невозможного, а все лимиты — здесь, — я постучал пальцем по виску. — Пока ты считаешь что-то невозможным, ты подсознательно не даёшь своему разуму и своей магии осуществить это. Вон, пережить Аваду тоже считалось невозможным. Но бегает по Хогвартсу один шрамоголовый парнишка, нагло проигнорировавший данное заключение.
— Исключение из правила — только лишь подтверждает его существование.
— Пэнси, — Дафна с укором посмотрела на подругу. — В словах Гектора есть смысл.
— Ну, разумеется, разве может быть иначе! — Паркинсон надулась, словно хомяк — иначе и не сказать.
— Исключение, Паркинсон, — улыбнулся я, — одним своим существованием доказывает факт возможности иного исхода. В любом случае, есть много важных и сложных проблем. Вон, я как-то ненароком прикинул. Уизли-детей аж семь штук. Рано или поздно они обзаведутся семьями, и если в каждой родится по два ребёнка. Если считать мистера и миссис Уизли, потенциальных жён парней и мужа Джинни, то в итоге получится тридцать Уизли лет через десять-пятнадцать.
Похоже, о такой простой арифметике не думали не только Пэнси и Дафна, но и многие другие, иначе бы эта цифра не вызвала такой шок на лицах девушек.
— Тридцать Уизли. Ну ладно, не тридцать, всё-таки Джинни девушка и уйдёт в семью мужа. Но это всё равно уже целый клан! А если у них мальчики родятся? Без учёта потенциальных детей Джинни — двенадцать парней. И рано или поздно они тоже женятся и тоже станут отцами. И если у каждого будет по двое? Да в каждой отрасли, в каждом отделе министерства, на каждом производстве можно будет встретить какого-нибудь Уизли, и всё это будет так или иначе завязано на одну большую семью. А если они ещё и все будут здоровые, без ментальных отклонений, сильные волшебники? Вот потому здоровье нации и важно.
— Ужасная перспектива… — выдохнула Пэнси.
— Ты так не любишь эту семью?
— Разумеется!
— А почему? Только, если подумать…
— Так… эм… Хм. — Пэнси действительно поумерила свой пыл и задумалась. — Потому что Уизли? Их все не любят. И вообще, давай не будем о них.
— Да мне всё равно. Мы вообще не об этом говорили. Дафна? Так что там с желанием заключить брак между тобой и Теодором?
— Действительно, ушли от темы, — важно кивнула Дафна, но на этот раз, начав говорить, она не держала маску отстранённости, чтобы говорить спокойно, без сомнений и опасений. — Помнишь, ты предположил, что мои родители положили глаз на активы Ноттов?
— Разумеется. Прекрасный был танец при луне, светлячках, падал пушистый снег и играла прекрасная музыка…
— Вы… — Пэнси переводила взгляд с меня на Дафну. — Где это вы так? Ты не рассказывала.
— Потом, — отмахнулась Дафна. — А я ответила, что это лишь интрига. Не просто интрига, как оказалось. И я оказалась не так хороша в расследовании интересов семьи. Они действительно были.
— Полагаю, ты не зря говоришь «Был» именно в прошедшем времени. Так?
— Именно, — Дафна улыбнулась. — Бизнес Ноттов, считай, пропал. Никаких помолвок не будет. Никакой экстренности и спешки. Здорово, правда?
— Правда, — улыбнулся я. — А не придумают ли твои родители другие нужды?
— Вряд ли. Этот план, как выяснилось, они вынашивали долгие годы, подгоняя различные нюансы нашего бизнеса под потенциальное слияние активов. Долгие. Годы.
— Неужели все эти ваши бизнесы такие… негибкие?
