Заказав себе порцию побольше, травяной отвар и хлеб, я достал альбом, между листов которого лежал шаблон контракта. Прочитав всё и уверившись, что количество правок будет минимальным, начал работать по проектам для Седрика — там объём «ковки» предстоит немаленький, но сами по себе заказы простые. Всякая мелочь, самая сложная из которых — амулеты с магглоотталкивающим эффектом. Похоже, далеко не каждый волшебник освоил в должной мере эти не самые сложные, но и отнюдь не простые чары. Ну или желают избежать казусов, когда в запале просто забывают о них, ведь многие, что бы ни говорили, очень часто по тем или иным причинам находятся среди обычных людей.
Увлёкшись, я сам не заметил, как поел и попил, и почти пропустил появление директора, явившегося на этот раз камином. Он подошёл к моему столику и сел.
— Мистер Грейнджер, — он слабо улыбнулся в бороду, сверкнув очками-половинками.
— Добрый день, директор, — кивнул я, доставая контракт и убирая альбом в рюкзак. — Вот, шаблон.
Дамблдор выудил откуда-то подобный листок и вручил мне. Что могу сказать? Похоже, мы мыслим примерно в одном и том же направлении, а договора чуть ли не идентичными получились — много различных, но простых пунктов о взаимном молчании и гарантий того, что ни я, ни кто-то из Ордена Феникса — именно так называлась организация — не будет предпринимать попытки каким-либо образом выудить информацию друг у друга.
— Что же… — я посмотрел на директора. — Похоже, контракты мы составили почти одинаковые.
— Будете переписывать?
— Думаю, да. Ни вы, ни я, как я понимаю, не горим желанием подписывать не лично созданные бумажки.
— Хм… Похоже, — усмехнулся директор, — Аластор оказал слишком сильное влияние на своих подопечных всего за один год. Постоянная бдительность, не так ли?
— Именно.
— Похвально. Что же, я подожду, пока вы, мистер Грейнджер, составите новый контракт.
На это ушло совсем немного времени, и вскоре мы уже подписали два экземпляра для каждого из нас.
— Вот и всё, мистер Грейнджер. Теперь нам стоит покинуть это гостеприимное заведение. К сожалению, камином не попасть туда, куда нам нужно.
— Заблокирован?
— Для большей безопасности.
Расплатившись, мы покинули Дырявый Котёл и спокойненько так, игнорируя людей вокруг и их взгляды, отправились по обычной улочке, куда глаза глядят.
— Хм… Директор, а вас ничего не беспокоит?
— Например? — Дамблдор поглядывал с живым интересом на витрины магазинов, мимо которых мы проходили.
— Ну, вы выглядите несколько… неординарно.
— А, мелочь, — отмахнулся директор. — Об этом пусть ломают себе голову молодые, а у старого находчивого деда в моём лице есть целый набор непробиваемых оправданий и объяснений, если вдруг меня кто-то остановит.
— Например?
— Например… Я — Гендальф. Вживаюсь в роль, — пожал плечами директор. — Или ещё кто-нибудь. Сейчас, если я правильно понял нынешние веяния, модно снимать фильмы по мотивам сказочных историй, книг.
— А ведь и вправду.
Мы свернули в неприметный проулок, где людей почти и не было.
— Но почему тогда, если я правильно понял из разговоров, многие волшебники обязаны пройти какие-то курсы, чтобы свободно ходить среди обычных людей.
— Курсы в основном для сотрудников ДМП и Авроров. Но их можно понять, — Дамблдор уделил особое внимание магазину со сладостями, его витринам и ассортименту, что виднелся через них, но задерживаться не стал. — Они вынуждены вести оперативную работу и зачастую нужно быть незаметным для волшебников, но не прячась от обычных людей, сливаясь с ними. А так… Всегда можно сказать какую-нибудь глупость…
— А ещё есть группы людей, что занимаются отыгрышем ролей по каким-нибудь произведениям, сказаниям, устраивают рыцарские битвы, наряжаются в волшебников, кидая друг в друга цветными носками с криками: «Огненный шар!»… и всякое подобное.
— Вот видите, — улыбнулся директор, когда мы прошли мимо молодой парочки, что с большим интересом поглядывали на нас, а до моего слуха донеслись их предположения о том, кого же отыгрывает этот бодрый дед? — Вы уже придумали себе несколько оправданий, если появитесь среди обычных людей в каком-нибудь неординарном виде.
— А как же, ну… Моральный облик, всякое подобное? Некоторые без зазрений совести покрутят пальцем у виска.
— Ну и пускай крутят себе на здоровье…
Мы вновь свернули в проулок, тихий и безлюдный. Директор остановился, повёл немного рукой и я почувствовал, как нас укрыло от взглядов обычных людей, появись они здесь.
— …я уж в свои сто с небольшим как-нибудь да переживу осуждения от людей. Вам приходилось аппарировать, мистер Грейнджер?
— Да, сэр, — кивнул я, и взглянул на мелкого феникса, что спал в гнезде из шарфа на сгибе моего локтя. — А он как?
— Волшебные существа, тем более птицы, — начал отвечать директор, — не только без проблем переносят аппарацию, но и отлично цепляются к волшебнику на голых инстинктах. Для некоторых, способных самостоятельно на подобный магический приём, это столь же естественно, как и сердцебиение.
— Понял. То есть, дополнительно ничего не нужно делать? Достаточно, что он… тут?
