— Мисс Гринграсс. Как вы смотрите на обучение окклюменции… форсированным методом? На чистой практике.
— Я знаю только самые основы. К реальной практике ни разу не приступала.
— Основы… — Снейп чуть скривился. — Боюсь, это не та дисциплина, где может помочь хоть какая-то инструкция, лишённая практики.
Сам я об окклюменции знал предельно мало. По сути, только то, что эта наука позволяет защищать своё сознание от различного рода пагубных внешних и внутренних воздействий. Наука… Громко сказано, на самом деле. Те немногочисленные строки текста, в которых я находил упоминания об окклюменции, однозначно говорили лишь об одном — окклюменции практически бесполезно учиться самостоятельно, да и для каждого волшебника эффективны свои методы, ведь сознание — не открытая книга, не пульт с рубильниками, и то, как человек работает с собственным сознанием, если работает вообще, слишком индивидуально.
— Это опасно? — задал я резонный вопрос.
Снейп перевёл взгляд на меня.
— Только если считать за опасность возможное появление душевных терзаний из-за того, что обучающий вас волшебник увидел обрывки мыслеобразов и воспоминаний.
— Так не лучше ли, если обучать будет тот, кому ученик доверяет?
— Не совсем. Из-за излишнего доверия, волшебник подсознательно менее настроен на противодействие внешнему влиянию. Это сказывается на качестве и сроках обучения.
— Я, пожалуй, откажусь, — вежливо улыбнулась Дафна лишь кончиками губ. — Не хочу допускать даже теоретическую мысль о том, что кто-то увидит мои мысли.
В принципе, я с такой постановкой вопроса согласен. Слишком уж сильный дискомфорт вызывает одна лишь мысль о том, что даже в своей голове ты не имеешь желаемой степени приватности.
— А не лучше ли, — в моей голове возник вопрос, требующий ответа, — тренировать это умение с тем волшебником, не обременённым лишним доверием с твоей стороны, но которому в принципе плевать на твои секреты и мысли? Мне кажется, это лучше, чем обучаться на ходу в случае вторжения недоброжелателя в разум?
— Хм… — Дафна задумалась.
Да блин, будь я простым парнем, я бы вообще пребывал в ужасе от того, что мои мысли может кто-то прочитать. Просто люди склонны держать в своей голове такие мысли, никому и никогда их не высказывая, что любой, кто их узнает, ужаснётся обязательно, настолько они могут разниться с тем, что человек «показывает», как говорит и действует.
— Можно ли узнать, — заговорила Дафна после размышлений, — с чем связано такое предложение?
— Это не секрет, — кивнул Снейп. — Волей нашего дражайшего директора мне навязали одного ученика для быстрого и эффективного обучения окклюменции. Однако, мне совсем не хочется тратить время на этого не самого способного ученика, и раз уж я вынужден учить его, то было бы не плохо обучать попутно кого-то способного.
Вот чем мне нравятся дополнительные занятия со Снейпом — он не кривит душой, говоря по теме так и то, что считает правильным и нужным. И если для понимания учеником того или иного вопроса нужно что-то рассказать, он расскажет. Сухо, правда, и без прикрас, но расскажет.
— В таком случае, я не вижу проблем. А Гектора вы тоже будете обучать?
— Да.
Когда занятие подошло к концу, мы с Дафной сдали образцы зелий, взяли себе по паре экземпляров — некоторые из приготовленных зелий довольно полезны, а не только способствуют изучению темы фактом своего приготовления. В общем, некоторые зелья мы берём с собой, вот только пусть они и сложные, и уникальные, но найти им применение крайне сложно, ведь они ещё и узкоспециализированные. Например, пара модификаций Костероста, которые имеют менее отвратительный вкус, а действуют вообще локально, каждое на своём участке тела, тем самым очень сильно понижая токсичность зелья. Хорошо, что у нас есть запасы различных вариантов этих зелий, вот только применить их не к кому, да и самим не нужно, и я надеюсь, что так это и останется.
Когда мы прибрались по окончании занятия, в кабинет заглянул Поттер. Вид у него был такой, словно невидимые руки привели его на эшафот.
— Мистер Поттер, — Снейп включил режим слегка раздражённого профессора.
В принципе я понимаю, зачем он это делает. Гарри, как волшебник, довольно зависим от своих эмоций. Я не раз замечал, что новое для себя заклинание он максимально качественно изучает именно на эмоциональном подъёме и неважно, что это за эмоции. Учитывая, что окклюменция, если верить той паре строк в книгах, в своей начальной фазе требует именно жесткое и агрессивное, волевое противодействие, это неплохой вариант. Ну а ещё может быть, что Снейпа он просто тупо бесит. Стоит ли винить за это профессора? Ну, у нас тут каждый, в какой-то мере, псих неадекватный, а докопаться можно вообще до кого угодно, было бы желание.
— Профессор.
— Проходите, присаживайтесь.
Поттер посмотрел на меня, на Дафну, одним лишь взглядом выразил какие-то сомнения, витавшие в его голове, но противиться не стал. Зашёл и сел за соседний стол. Снейп же начал своё представление, выступление театра одного актёра.
