Сплошь сугробы! Тихо лежат под их толщей заросли можжевельника и вереска. В русском зимнем лесу мало кому удается пройти пешком или на коне. Лесные люди ходят только на коротких лыжах, подбитых конской шкурой… Боятся ордынцы леса!
Мы долго шли тайной тропой, протоптанной в глубину дремучей чащобы, пока вышли на поляну. В ее центре горел большой костер, возле которого навалены сосновые и еловые ветви. На них лежали ратники, греясь и отдыхая.
Здесь собрались те, кто уцелел в битвах, ушел от татарского аркана, либо до последнего сражался за стольный град и покинул Рязань лишь после того, как она стала пылать со всех сторон. «Никто не помог рязанцам!»
Мне дали место у костра, накормили, и я стал медленно погружаться в приятную истому сна.
… Утром мы отправились на соединение с основными силами. Лесными тропами выходили к Суздалю. Нас было около сотни, под началом десятника Прони.
– Мунгалам мы должны дать достойный отпор, – говорил он убежденно. – Ну, потрепали немного – дитячьи шалости. А у них должна земля гореть под ногами! У воеводы Ипатия настоящая сила, к нему народ стекается со всех сторон. Он в Чернигове был, когда нашествие случилось. А стал подходить со своими дружинниками на развалины Рязани, сказывают, соборный колокол поднялся в воздух и стал звонить сам по себе, сзывая уцелевших на борьбу с поганой ордой. Да ты не робей, рязанец! – сказал он ободрительно. – Заживут наши раны и обретем мы долгожданный покой. А правнуки наши скажут, что мы первыми восстали против мрака, и станут чтить прилежно…
… Ипатий – большой, сильный, с русой кудрявой бородой и пронзительно-голубыми глазами. Он был настоящим богатырем, истинным вождем, которых рождала земля русская в эпоху великих испытаний.
– Проня, друже мой! – первым протянул руки. Обнялись. Потом долго и горячо говорили о чем-то.
Пока мы располагались на ночлег, подходили новые отряды, состоящие из людей самых различных сословий: ратники, ремесленники, смерды, разбойнички. Много пеших, но и конников хватало. Вооружение их было самым разным – от крестьянских кос и рогатин до тяжелых мечей и луков, в основном отбитых у захватчиков.
– Завтра поутру нам надо выйти на речку Трубеж и по ее руслу прорываться в сторону Углича, – сказал Проня, вернувшись. – Ипатий – меченый Господом! Он с сотоварищи уже уничтожил несколько сильных ордынских отрядов. Теперь и нам сподручней станет. Посмотри, какая сила сбирается!
