Он воссел… Да-да, именно воссел, а не уселся на трон, и присягнул — поклялся править Шотландией и Ольстером, соблюдая закон, чтя справедливость и уповая на милосердие.
— То, что я здесь обещал, — твердо сказал Арчи, целуя Библию, — я исполню и сдержу. Да поможет мне Бог!
Архиепископ помазал его лоб, руки и грудь святым елеем, читая псалмы… Артур снова воссел на трон, его облачили в парадную мантию из шелка шести ярдов в длину, подбитую горностаем, вложили в правую руку золотой державный шар, а в левую — скипетр государя… Умащенную главу венчали старейшей шотландской короной времен Якова V, хор пел славу, а звонари били в колокола…
Его Королевское Величество Роберт IV Cтюарт, король Шотландии и Северной Ирландии, взошел на престол.
Говорят, ночами в гаванях Абердина, Инвернесса и Лита швартовались зачуханные сухогрузы под панамским и либерийским флагами. Мощные портовые краны выуживали из трюмов знаменитые «С-300», вместе с тэ-зэ-эмками, а рядом на причал аккуратно майнали старые, добрые «Шилки», да еще «Тунгуски», что поновей, но не добрей.
А уж откуда вывозили пусковые установки, история умалчивала. Советские зенитчики у себя дома работали с «С-400», конструкторы вовсю мараковали над «С-500», для них «трехсотка» — вчерашний день… Ой, да мало ли на планете официальных лиц и морд, готовых пожертвовать обороноспособностью любимой родины за советские рубли или за шотландские фунты?
Зенитно-ракетный комплекс пристроили в роще на пологом склоне Чевиот-Хиллз, а вот «Тунгуску» пришлось окапывать, городить вал. Ален с Дунканом уложили сверху нарезанный дерн: маскировка — высший класс! Лучше бы снегом присыпали, балбесы…
Экипаж ЗСУ был наполовину укомплектован местными, так что общий язык нашелся сразу, а вот ракетчики сперва приуныли. Все военспецы — из СССР, и владели «инглишем» на уровне средней школы. То бишь, на весьма среднем уровне.
Бехоев их очень обрадовал — свой! И работа закипела…
Ахмет оборудовал КП в настоящем дольмене — три вросших в землю валуна накрывала толстенная каменная плита. Чем не дот?
Опустив бинокль, полковник сжал губы. Шоссе пустынно, а плавные перекаты снежных полей девственно белеют или отливают синевой в низинах. Впрочем, англичане не попрут по целине…
Да и стоит ли ждать сухопутные силы? Натовская стратегия известна: первым делом, первым делом — самолеты. Пока не завоюют превосходства в воздухе, пехота и головы не подымет…
Бехоев зло ощерился, тут же вспоминая слова комбатра — Лёва восхищался этой гримаской: «Усы, бородка, орлиный нос и твердый взгляд — Иоанн Васильевич отдыхает!»
Ахмет уныло вздохнул. Он стоял в первом ряду на коронации, его качало волной всеобщего подъема и единения, но что все эти люди, лившие слезы гордости и счастья, скажут, когда на их дома обрушатся английские бомбы и ракеты? Русские сплотятся — и дадут сдачи. А шотландцы?
Да если бы отгородить Шотландию хотя бы дивизионом «трехсоток», был бы толк! Дивизион — это шесть батарей, семьдесят две ракеты в залпе! А тут… По всему гребню Чевиот-Хиллз одна-единственная батарея. Двенадцать пусковых…
Тренькнул радиофон. Звонил Лёва.
— Первый на связи.
— Готовься, Первый, — вытолкнул комбатр. — Мы засекли пятнадцать истребителей-бомбардировщиков «Торнадо». Их сопровождает эскадрилья «Тайфунов». «Торнадо», полагаю, будут прорываться, а вот «Тайфуны»… Эти будут работать по нам.
— Всегда готовы, Лёва, — пробурчал Бехоев. Выключил радик, и трубно взревел: — Боевая тревога!
Горцы забегали, нервно задергались стволы спарок. Ожила «Тунгуска», задирая 30-миллиметровые орудия.
— Ви-ижу! — заорал Глен. — Вон они! Вон!
Над мутным горизонтом сверкнули блестки — солнце, пробившись из-за туч, «подсветило» истребители. «Тайфуны» шли низко, хищно высматривая «укрепы» тех, кого «Таймс» клеймила «боевиками-сепаратистами», однако первыми ударили «Торнадо», невидимые за нависшей хмарью.
С пилонов под крыльями срывались увесистые «Мэверики», за ними опадали «Хеллфайры» — эти полегче, зато их больше.
Загрохотали пушчонки «Тунгуски» — пара «Мэвериков» лопнула в воздухе, вспухая белыми облачками, и тут же вздрогнула промерзшая земля. Боеголовки рвались с коротким ломким грохотом, разбрасывая грязный снег и комья глины.
Над рощей вознеслись плотные шлейфы дыма — зенитные ракеты, брызгая выхлопами в носовой части, стремительно уносились к целям.
Налетели «Тайфуны», пуская по снегу фонтанчики разрывов, и «Тунгуска» взревела, плюясь огнем. Маленькие, но очень злые снарядики порвали синее брюхо одному истребителю, перебили крыло другому… Парочка мелких ракет достала третий, разворотив «Тайфуну» кабину.
Подбитые самолеты перенеслись через холмы по инерции, падая и зарываясь в негостеприимную шотландскую землю.
— Ален! — орал Бехоев. — Па-атрик! Обе спарки — в одну цель!
— Да, сэ-эр!
