Хребет постепенно расширился, превратившись в обширное плоскогорье, заросшее настоящим хвойным лесом. Проводники пояснили, что плоскогорье полого спускается к долине, почти такой же большой, как их родная, но не замкнутой, а выходящей в предгорья, а уж оттуда до Скъюта рукой подать. Так что, шагать вместе нам осталось не больше пары дней.
В лесу ветер уже не налетал как зверь, грозя выдуть всё тепло из-под одежды, а шумел в кронах, зато зарядил мелкий снег, и скорость пришлось снизить. Лес, кстати, оказался обжитым. Я сам не следопыт, но уж волчьи следы разглядеть сумел, как и целую прорву заячьих, а куропатки, так вообще взлетали прямо из-под ног.
Туге и Ансгар всерьёз опасались, что здесь нас может ждать засада бездушных, которые, бывало, перехватывали хульдр, нёсших на обмен в предгорные деревни шкуры, живицу и горный мёд. Но люди здесь давно не ходили, снег перечёркивали десятки отпечатков лап, но ни одного следа лыж или снегоступов, а без них здесь никак не пройти. Но бдительности мы всё равно не теряли, шли след в след, приготовив оружие и прислушиваясь к каждому шороху, доносившемуся из леса. Пока нам везло, но удача, штука переменчивая.
Крик хлестнул по ушам и разнёсся по лесу, заставив остановиться. Я даже присел от неожиданности. Вот так готовишься-готовишься к чему-то, а потом – бац! Даже дыхание сбилось от волнения. Кричал, точно человек, причём не просто вскрикнул, а заорал от ужаса и боли.
Я, перехватив самострел, медленно приблизился к проводникам, напряжённо смотревшим в чащу, спросил шёпотом:
– Кто кричал?
Туге только покосился, но ничего не ответил, а Ансгар в компании Йорга уже взбирался на пригорок. Я дёрнулся было за ними, но охотник придержал меня за руку, указал на глаза, потом на лес. Понятно, без меня справятся, а нам наблюдать.
Разведчики вернулись минут через десять. Разглядеть у них ничего не получилось, так что решили выслать вперёд дозор, и если там всё в порядке, вернуться за остальными. В дозор меня взяли, всё-таки мой самострел может пригодится в бою. С девушками оставили Льёта с луком.
Когда поднялись чуть выше на пригорок, сразу услышали приглушённую возню, дальше двинулись ползком. Я сразу же пожалел о желании быть разведчиком: снег набился в рукава, пролез за шиворот и тут же растаял, но сетовал я ровно до того момента, когда высунулся и увидел, что происходило в засыпанной снегом низинке.
Бездушные должны были накрыть нас одним залпом на спуске с пригорка никто бы не ушёл на своих ногах, а подранков бы добили копьями. Засаду подготовили идеально, не учли только, что раньше нас в гости пожалует злющий, худой после зимы медведь. Похоже, стрелки успели выстрелить пару раз, но убить не смогли, только разозлили, так что сейчас им приходилось несладко: двое лежат в лужах крови, но уже подёргиваются, скоро поднимутся, и тогда медведю придётся туго. Ещё один пытается отползти в сторону и одновременно удержать рукой вываливающиеся кишки, шестеро, с короткими копьями приплясывают вокруг, пытаясь достать зверя.
Медведь, кстати, на земных не очень похож: морда приплюснутая, башка плоская какая-то и ноги как длинные, толстые, как брёвна. Кстати, сам косолапый размером с легковую машину, даром что худой. Голод, видно, мишке сил придал, вон как вертится – лапой махнул и ещё один бездушный упал на снег, с неестественно вывернутой головой. Зверь заревел и кинулся на ближайшего, но тот сумел отмахнуться копьём так, что медведю пришлось отскакивать. Понятно, что бездушные зверя заколют, меня больше интересует, что будет, когда придёт наша очередь.
– Что будем делать? – спросил я у Йорга.
– Смотреть, – ответил тот. – Ничего не заметил?
– Медведь странный какой-то…
– Тьма с ним с медведем на трупы посмотри.
– А что с ними?
– Четыре их, и ещё пятеро с медведем дерутся.
– Значит…
– Где-то ещё один притаился.
– А может, его медведь, в другом месте…
Стрела с глухим стуком ударилась о дерево в полуметре от меня.
– Вниз! – рявкнул бывший сотник и сам первым покатился по пригорку.
Я кинулся следом, и вовремя – в склон воткнулась ещё одна стрела. Хорошо, что здесь винтовок нет, а ветер сегодня всё-таки сильно дует, причём боковой, вот стрелок и не рассчитал немного. Кувыркаясь по склону, краем глаза заметил, что так же спускается Хельги, а вот охотники не стали торопиться, согнулись в три погибели и бегут наискосок, прячась за деревьями. По ним стрелок пустил только одну стрелу, но разросшийся кустарник, пусть и сбросивший листву, неплохо сбивается прицел.
Оказавшись у подножия, схоронились за еловым стволом. Теперь точно не достанет.
– Попробуем обойти? – спросил я Йорга.
Бывший сотник только отмахнулся и пополз, хоронясь за стволами. Направление мы примерно определили, а расстояние, точно не больше тридцати метров. Лес всё-таки, это ещё листвы нет, а так бы пришлось вообще чуть ли не вплотную к нам подбираться.
Ждали недолго, скоро Йорг крикнул, чтобы не вздумали стрелять, выбрался из кустов и зашагал к нам совершенно без опаски. С меча на снег падали алые капли.
– Что со стрелком? – спросил я.
