Адептка Магистериума Ина потеряла всё. Её мир порабощён демонами, семья погибла от рук берсерка, муж пропал без вести. Последняя из рода Айвери заплатила слишком дорогую цену и не собирается сдаваться! Но какая роль отведена той, что была в плену у демонов и не помнит этого?
— Погода совершенно нелётная! — отфыркиваясь и стряхивая с тёмных волос переливающиеся на свету прозрачные капли, в Главный Зал ввалился сын одного из Владык подгорного драконьего рода. — Давно такого ливня не было!
Баярат на ходу стянул насквозь промокшую куртку и, оставшись в свободной навыпуск льняной рубахе и штанах, присоединился к нашей компании, что расположилась у одного из драконьих очагов, согревающих самую большую пещеру.
— Ребятки, вы чего приуныли? — насмешливый голос зелёного дракона загремел под сводами пещеры, привлекая к себе внимание снующих мимо торговцев и жителей. — Пора освежиться!
Бай встряхнул свою куртку и в завизжавшую Фару, которая попыталась спрятаться за широкой спиной Минара, полетели мокрые брызги, обдав не только блондинку, но и бронзового дракона вместе с огненным воплощённым, который не преминул высказаться по этому поводу. К моему удивлению, на обнажённые участки моей кожи не упало ни капли.
После пропажи моего мужа больше месяца назад, драконы с какой-то маниакальной заботливостью незаметно кружили рядом, присматривая, охраняя. Единственным солнечным лучом, что мелькнул в это время, было завершение строительства Драконьей Тропы на Айлис. Сами Владыки остервенело кидались в Промежуток, из которого состояло пространство между мирами и вливали свои магические резервы в переливающуюся радугой магическую дорогу. Итогом их усилий стал тайный проход, видимый только драконам.
И вот под покровом одной из особенно тёмных ночей года, небольшое драконье крыло улетело в мой мир, чтобы узнать, что там творится, а заодно проникнуть на заброшенную территорию возле башен Скаарди. К сожалению, из-за моего вмешательства, многих пленников успели перепрятать в другое место, но несколько саан и одного шэдоу удалось спасти.
Саан отправили на исцеление в башню магов, Самантир обещал присмотреть за их выздоровлением лично. Спасённым шэдоу оказался Сарастэль и всё время Фары уходило на заботу о своём любимом, который с помощью драконов постепенно приходил в себя. Сарастэль выдержал пять ударов. Как чуть позже рассказал отец Баярата — Владыка Шанатэа — неугомонному адепту не хватило одного взмаха Плети Подчинения, чтобы его разум оказался окончательно потерян.
Чтобы отвлечься от тяжёлых раздумий, я, Фара, Минар и Сайн решили погреться у очага и отдохнуть от той скальной массы, что нависала над нами в жилых пещерах. Удавалось это не так часто. По мнению драконов, местонахождение неподвластного больше чужому внушению Целителя Душ должно было тщательно охраняться и чем глубже, тем лучше. Но иногда, в дни когда Главный Зал не был до отказа забит торговцами, мы устраивали побег из своих уже обжитых пещер, а разноцветные ящеры смотрели на это сквозь пальцы, приглядывая лишь издали.
— Ина, — Баярат устроился рядом со мной и озорно мигнув жёлтыми глазами, стряхнул всю воду со своих длинных завивающихся кольцами волос прямо на меня. — для тебя отдельный душик, потеплее.
— Бай, ты хуже демона. — Зелёный дракон весело расхохотался, когда получил от меня ответный ощутимый тычок в плечо.
В такие минуты, я особенно верила, что по-прежнему живу и мой мир не рассыпался пепельной горсткой у моих ног. Со временем, драконы научились оставлять меня в том одиночестве, что мне было необходимо. Чрезмерная опека, что душила меня вначале, оказалась объяснима одним простым фактом. Связь крылатых ящеров в полном браке настолько прочна, что если по какой-то причине умирает один из пары, то второй следует за ним по собственной воле. Этого и боялись Владыки, когда не отходили от меня ни на шаг и подзуживали моих друзей всё время быть рядом. Ведь призрачный шанс, что Фарейн ещё жив — оставался, а если бы со мной что-то случилось, то и он бы исчез окончательно.
Без своего Владыки Снежные драконы окончательно потеряли бы связь с миром и к каким бы последствиям это привело? Хватало того, что больной, жаждущий власти род Фарейна, скрывался за каждым мало-мальски заметным происшествием на Риане. То тут, то там обнаруживался кончик их хвоста, хотя самого рода на Риане не было уже много лет. Работа по схлёстыванию народов между собой велась так давно и методично, что потерялись её концы.
Оставался без ответа лишь один вопрос: голубая драконица Алэна по-прежнему мелькала в рассказываемых пленёнными воинами историях и оставалась непойманной и незаметной даже для Самантира. Учинённая тэрессами и шэдоу война постепенно сходила на нет, отпущенные драконами воины с исцелёнными мною душами возвращались домой и больше не поддавались внушению со стороны заинтересованных в этом лиц.
