Я, как у кочевников оказался, почти сразу начал информацию нужную собирать. Что за мир, как он устроен, какие слухи гуляют. Со стариками ходил, болячек у них своих полно, всё же жизнь кочевника не располагает к здоровью. Да и здесь свои познания дополнил. Поэтому о том, как обстоят дела в других города, я более-менее представлял и не просто так именно в столицу поехал.
Считается, что дар целителя — редкий. Очень мало их. Что я и сам уже увидел. Обычному человеку нет и шанса попасть на прием именно к целителю. Банально из-за корысти. Я, в принципе, понимал тех, кто дар в себе обнаружил и хотел устроиться получше. А получше — это где? Правильно, под рукой у бояр. Вот и получается, что если наставника я и найду где-то в другом месте, то сразу попаду под чью-то руку.
В этом случае можно сразу и к Сокольникову уходить. Он-то меня спрячет, но службу потребует. Если дам обещание, а дать придётся, то... В общем, сложно всё с обещаниями. Слово своё держать так же важно, как и обеты. Если принудят службу нести — это одно. Слова не давал, сбегу сразу, как смогу. Если сам соглашусь — а куда от себя убежишь? Не вариант.
Другая причина того, что я именно в эту лечебницу хочу попасть, — их отношение к больным. Сила целителя зависит от его контроля, знаний, Источника, чистоты Крови. Но в первую очередь важна воля целителя. А воля — это и обеты, и аскезы, и практики, и определенный подход к делу. То, что я увидел в этой лечебнице, их готовность заниматься любым человеком не ради денег, а просто потому, что это — правильно — больше всего напоминало волю целителя. Пусть и с некоторыми оговорками.
Проще говоря, лучше места я не найду. Не в этом государстве. Уж по городам я покатался и ничего подходящего не встретил.
— А что тебе лечебница, если руки-ноги переломают? — резонно спросил Борис Дмитриевич.
Я плечами пожал, не зная, что ответить. Не объяснять же ему, какие ставки на кону. Вдруг, если сбегу, через десять лет вторжение мертвых начнется и мне не хватит именно этого потерянного времени?
— Что ты за человек такой, Олег. Сложный, как фрукт заморский, — выдал Борис Дмитриевич. — У меня знакомые есть среди городовых. Я их попросил по дружбе чаще гулять на пути от ресторана до дома Петра. Это всё, что могу сделать. Черепки, если городовые рядом, не тронут. Но сам понимаешь. Захотят, изыщут возможность. Поэтому берегись, Олег, хороший ты парень, не позволяй сгубить себя.
— Спасибо, Борис Дмитриевич, — поклонился я.
— Я не боярин, чтобы кланяться, — махнул он рукой. — Иди. Неси обед Аристарху Павловичу.
Переоделся, забрал пакеты с едой да выдвинулся в лечебницу. Надо будет потом как-то отблагодарить Бориса Дмитриевича. И я даже знаю как. Целитель много чего сделать может. Мужчина, хозяин ресторана, — немолодой бывший военный, как я понял. Всякие болячки в организме накопились. Я его потом так обновлю, что здоровее молодых будет.
Об этом и думал, пока шёл. Старался держаться оживленных улиц, но обед, народу не так много.
Тройку парней приметил заранее. Они навстречу двинулись, ухмыляясь. Сразу почувствовал — по мою душу.
Началось уже?
Встретить они меня решили на узкой улице. Тут всего ничего идти, метров пятьдесят, считай, один дом. Два тротуара и одиночная полоса для машин. Не разгуляешься. Обернулся и увидел ещё одного паренька. За мной шёл.
Да уж, да уж.
Разведчик из меня так себе. Слежку не заметил. А ведь ещё с едой иду, в новой одежде, чтобы во всей красе перед Аристархом Павловичем предстать.
Вот и предстану. Переломанным.
— Закурить есть? — вышел вперед один из них.
— Закурить? — остановился и я. — Курение здоровью вредит, а по тебе и так больничка плачет.
— А ты что, дохтор? — сплюнул он мне под ноги.
Почти на новый ботинок попал мерзавец.
— Вас Лютый послал? — спросил я, сместившись к стене, чтобы со спины не ударили. — Черепки же?
Опознавательных признаков у них не было, но почему-то сразу про них подумал. Кто ещё, если не они?
— Лютый? — растерялся заводила.
— Эй, при чем здесь Лютый? — насел на меня второй парень.
— Так у него дело ко мне. Вы не от него, что ли? — удивился я.
— Не от него. С Лютым сам разбирайся... — сказал заводила неуверенно.
— Так надо бы это... — вмешался третий. — Прояснить.
— А что тут прояснять, — разозлился заводила, что-то для себя решив. — У нас заказ...
Ещё один?
Их главный уже собирался мне по роже двинуть, как раздался свист. Мы все разом обернулись и увидели бегущего Игорька.
— А ну разлетелась, шобла! — прокричал он.
Этот дурак разогнался, подпрыгнул и с ноги врезал парню, что с краю стоял. Хорошо так, до лица дотянул. Отчего парень на асфальт отправился, о вечном думать.
— Мочи их! — крикнул заводила.
И попытался ударить мне в зубы.
Я в сторону ушёл, и кулак по скуле мазнул. Вперед подался, боднул плечом парня, всем весом навалился. Он-то крепче и больше меня, просто так я бы его не сдвинул. Парень назад качнулся и налетел на второго, кого Игорек отбросил. В смысле он ещё одному врезать успел. Вот они вдвоем и столкнулись.
