— А я уж подумала тебе есть, что скрывать. — усмехнулась Вирая. — Помню случай был…жуткий правда, — она скривилась, передернув плечами. Покачала головой. — Тогда я еще в карантине была, поэтому услышала. Здесь с таким строго. Хоть и жалко бедняжку, но сама виновата. Она же подписывала контракт.
— О чем ты?
— Влюбилась аники в "мужа". И захотела, чтоб он стал настоящим.
— И что в этом такого? Даже я слышала, что контрактники могут пожениться.
— То-то и оно! Не особо он горел желанием, похоже. Хотя я не знаю, — быстро добавила она. — В общем перестала наша влюбленная "РуАМ" пить. Просто сливала его и все. Конечно, она забеременела. Чего и добивалась. Только вместо церкви ее отправили на кресло, где избавили от ребеночка. Контракт с "мужем", конечно, был разорван. И ее поместили в карантин. Но как понимаешь, после такой выходки никто на нее не смотрел и ее выставили из Болдизара через два месяца с большими долгами.
— Варварство какое-то, — покачала головой Дорика. — Почему нельзя просто выгнать и оставить ей ребенка? Если она любила, то хоть что-то останется от любимого.
— Тут с этим строго, — повторила Майер, — Забеременеть-то ты можешь, только вот никто не даст родить. Если б это случилось в городе, не здесь — ничего бы не произошло. Но пока ты здесь, ничем не имеешь права связывать солдата. Тем более ребёнком.
Аэтель застыла, чувствуя, как холод пробежался по спине, леденя сердце. Похоже, она оказалась в такой же ситуации.
Значит, про ребенка ей стоит молчать. И у нее есть неделя, чтоб покинуть Болдизар. Как же некстати они собрались путешествовать. Она не собиралась допускать такого же финала с собой. Нужно встретиться с Лексом. Он говорил, что может помочь. Но как теперь это сделать, ведь с рассветом они уезжают?! И когда приедут неизвестно, ведь Освин ничего не рассказал. Может, перед самым этим осмотром.
Аэтель поднялась с кровати. Тревога поднялась в ней, и девушка не хотела, чтоб Вирая заметила её состояние.
— Давай ложиться спать. Уже рассвет скоро.
— Почему ты холодна с Беном? — вдруг спросила брюнетка.
Аэтель остановилась на пол пути.
А вот эту тему она обсуждать не хотела от слова совсем.
К тому же "холодна" не то определение, которое можно использовать, говоря о ее отношении к Бену. После событий в "игровой" она уже не знала, сможет ли держать дистанцию с ним. Ведь она признала, что не равнодушна к нему. Кричала, как сильно хочет его. И узнала, что небезразлична ему. Единственное, что между ними стояло, точнее сейчас сидело — это Вирая. Аэтель не могла принять его связь с брюнеткой. И именно это не дало ей открыть правду о ребенке.
— Не понимаю, о чем ты, — она села на свою постель.
— Это я не понимаю. Тебе нравится мучить его? Ты получаешь от этого какое-то извращенное удовольствие?
— Ничего я не получаю, — разозлилась Дорика.
— Тогда почему постоянно твердишь ему "нет"? Он же не железный. Всякому терпению есть предел. Ты сама должна была понять, когда Бен использовал браслет на тебе. Никогда не видела его таким.
— Значит, ты его совсем не знаешь.
— Просто он не хочет меня. И не хочет заставлять тебя. Но без аники с их нагрузкой сложно! Мы им нужны не столько для того, чтоб готовить или убирать. А чтобы помогать расслабиться.
— У него есть ты.
— Он не прикасался ко мне, как привел тебя, — слегка расстроенным тоном произнесла Вирая, надувшись.
— Ты… говоришь правду? — Аэтель внимательно вгляделась в лицо собеседницы. Ей хотелось верить.
— Пфф….Нет! — весело отозвалась брюнетка. — Видела бы ты себя сейчас!
— Издеваешься? — с обидой воскликнула Дорика. Но тут же взяла себя в руки, уже спокойно произнесла. — Я и не сомневалась, что это не так.
— Только в первую ночь, — поспешно вставила Вирая, вновь став серьезной. — Тот раз был последним. Я заставила.
— Сомневаюсь, что его можно заставить что-то сделать.
— Ты точно издеваешься?! Что ты с ним сделала, пока вы добирались сюда? Да он же был весь на взводе!
— Не понимаю, о чем ты.
Аэтель нахмурилась, вспоминая день, когда приехала в Болдизар. Тогда она хотела построить отношения с Беном. Надеялась, что они разберутся в своих недомолвках, спокойно поговорят обо всем. Только вот не сообщила о своем решении ему, решив отложить объяснения пока не окажутся в новом доме.
— Конечно, нет. Ты же дальше собственного носа не видишь! Мне пришлось приковать его к кровати наручниками!
— Я тебе не верю, — покачала она головой. — Тебе бы пришлось здорово изловчиться, чтоб нацепить на него их. Да и где ты их взяла?
— В игровой, конечно. Я была настолько зла, что даже смогла зайти туда. Из-за тебя между прочим!
— Я тут вообще ни при чем.
— Еще как при чем. Это из-за тебя он выставил меня за дверь.
Аэтель промолчала. Стоит ли ей верить? Ей очень хотелось верить.
Но она собственными ушами слышала их. И это было многим позже того дня, как она появилась в Болдизаре.
— Что за ночь откровений сегодня? Я устала и хочу спать.
— Ты ему нужна. Как ты не понимаешь?
— Я уже говорила, что не верю тебе. Не стоит убеждать меня в том, чего нет. Закроем тему.
Вирая вскочила в постели, встав на колени.
