Такие меры предосторожности применялись только в одном случае.
В случае совершенного теракта!
— Слушаем меня внимательно, — как только выехали за пределы Академии, поднялась со своего места Людмила Викторовна. Встала у передней двери, крепко ухватившись за стойку.
Одета она была так же, как и остальные, в униформу внештатных целителей МЧС. Вот только кроме стандартной сумки у нее была еще одна, довольно объемная, стоявшая сейчас у сиденья.
Взгляд, которым прошлась по каждому из находившихся в салоне, был жестким, не оставляя ни малейшего сомнения, что все очень серьезно.
Впрочем, я в этом уже не сомневалась. Своими глазами видела, какие задействованы силы. И это только внештатные целители Академии, для которых были выставлено более тридцати автобусов.
В этом, рассчитанном на двадцать человек нас было как раз двадцать. Не считая, конечно, водителя. Пять групп по три человека — все с выпускного курса, нас четверо и Людмила Викторовна.
— Массовое отравление неизвестным токсином в главном общежитии Московского Императорского университета.
Я прикусила губу, чтобы не вскрикнуть. Илья Воронцов! Мой двоюродный брат. Со вторника он жил именно там.
— Токсин отсроченного действия, — бросив на меня быстрый взгляд — реакции на свои слова Людмила Викторовна не пропустила, продолжила она. — Накапливается в почках и, в меньшей степени, в печени. Вызывает острую почечную недостаточность, которая стремительно приводит к отказу почек.
— Это теракт? — задал интересовавший нас всех вопрос один из старшекурсников.
— Наша задача, — проигнорировав, продолжила Людмила Викторовна, — сортировка. Шесть групп, три сортировочные площадки. В связи с нехваткой медицинского персонала сортировку проводим по сортировочным группам. Напоминаю цветовую градацию: черная карточка — наступившая смерть или терминальное состояние; красная — экстренная медицинская помощь; желтая — нуждающиеся в экстренной медицинской помощи во вторую очередь; зеленая — легкое поражение. По предварительным данным, на каждые десять пострадавших один летальный исход, один — терминальная стадия, два-три требуют экстренной помощи.
— Нихрена себе! — выдохнул кто-то из сидевших в конце автобуса.
Я была с ним полностью согласна. Еще когда готовилась к поступлению в Академию, просматривала информацию о других высших учебных заведениях Москвы.
Все меня, конечно, не интересовали, но статистику по Университету я не пропустила. Более тридцати тысяч студентов, две трети из которых проживали в четырех общежитиях. В главном, самом большом, находившемся в студенческом городке неподалеку от основного учебного корпуса, половина. Это около десяти тысяч. Если из каждых десяти умирает один…
От осознания получившейся цифры в горле встал ком. Тысяча погибших! Не плюсуя тех, кто получит красную карточку, но своевременной помощи так и не дождется.
Похоже, считать умела не я одна. Сидевшая рядом со мной Анна побледнела, до побелевших костяшек вцепившись в лежавшую у нее на коленях сумку. Да и я сама…
Хотелось открыть глаза и проснуться, поняв, стоит только отойти от испуга, что это был лишь сон. Страшный, реальный, но сон.
Увы, мы не спали. И все, что происходило сейчас, происходило именно с нами.
— Токсин распространялся через горячее водоснабжение. Максимальную дозу получили те, кто раньше других умывался или, особенно, принимал душ. Поэтому на этапе диагностики смотрим не только степень интоксикации и уровень поражения почек, но и оцениваем дозу полученного токсина. Решение принимаем на основании трех показателей. Используем малую диагностическую магему. Карточки клеим в любое доступное место: спина, грудь, руки-ноги. В каждой бригаде имеется оборудование для отслеживания соответствующих сигналов.
— Оказание первой помощи? — Я опять не увидела, кто задал вопрос, потому что сидела спиной к говорившему.
— До дальнейших указаний, ваша задача — сортировка, — тем же жестким, не терпящим возражения тоном, произнесла Людмила Викторовна. И тут же добавила: — Исключение составляют нейтрализаторы. При выявлении пострадавших в терминальной стадии, вы должны оказать возможную помощь до снижения статуса до красного. Повторяю, — она посмотрела на Анну, — до красного статуса. Данная схема действует до наступления следующего этапа, сообщение о котором придет на ваши браслеты. При возникновении непонятных ситуаций — желтая кнопка. Угроза жизни целителя — красная кнопка. Напоминаю, что жизнь целителя — важнее жизни пострадавшего. Это — закон. Всем все понятно? — вновь окинула она нас быстрым взглядом.
Комментариев не последовало. Да и к чему? Все, что нам предстояло, Людмила Федоровна расписала в достаточно ярких красках, чтобы не только понять схему действий, но и осознать, какими могут быть последствия в случае ее нарушения.
Один из десяти — летальный. Еще один — в терминальной стадии…
Сколько всего сортировочных площадок — неизвестно, но даже на наших трех…
На каждого — сорок секунд, идти будем от центра к краям. За час, если не прерываться ни на мгновение, сможем оценить состояние девяноста пострадавших. А их десять тысяч!
