— Верно, — ответил Босх. — Черч и был Кукольником, но на нем — только девять убийств, а не одиннадцать. На середине своего кровавого пути он породил последователя, которого мы не заметили.
— Расскажите подробнее, — попросил Ирвинг. На это у Босха ушло сорок пять минут. По ходу дела Шиэн и Опельт задали ему несколько вопросов. Единственное, о чем Босх не упомянул, это о его подозрениях относительно Моры.
Когда он закончил, Ирвинг сказал:
— После того, как вы изложили эту теорию с последователем Локу, он сказал, что такое возможно?
— Да. Он вообще считает, что возможно абсолютно все. И тем не менее наш разговор был небесполезен. Лок многое мне разъяснил. Я и дальше собираюсь держать его в курсе. На нем хорошо обкатывать новые идеи.
— Насколько мне известно, имела место утечка информации. Могла ли она произойти через Лока?
Покачав головой, Босх ответил:
— Я был у него только вчера вечером, а Чэндлер узнавала обо всем с самого начала. То, что я выезжал на место преступления, она знала в первый день суда. Сегодня мне показалось, ей известен ход наших мыслей, она знает о последователе. Ее информирует какой-то очень хороший источник. И, похоже, Брем-мера из «Таймс» тоже. Впрочем, у того много источников.
— Ладно, — сказал Ирвинг, — пусть доктор Лок будет исключением. Но, кроме него, ни единая живая душа не должна знать, о чем говорится в этой комнате. Никто ни с кем не должен об этом разговаривать. Вы двое, — обратился он к Босху и Эдгару, — не говорите, чем вы занимаетесь, даже своему начальству в Голливуде.
Не называя фамилию Паундса, Ирвинг дал понять, что подозревает его в качестве потенциального источника утечки.
— Итак, — взглянул Ирвинг на Босха, — куда двинемся дальше?
Босх ответил без колебаний:
— Мы должны вести поиски в новом направлении. Как я вам уже сообщил, по словам Лока, убийцей может оказаться человек, который имел доступ к материалам следствия, знал все детали преступлений, а потом стал копировать их. Кукольник являлся для него прекрасным прикрытием. По крайней мере, в течение некоторого времени.
— Вы имеете в виду полицейского? — впервые за все это время открыл рот Ролленбергер.
— Возможно, но необязательно. Список подозреваемых может оказаться очень большим: тут и копы, и люди, находившие тела, и сотрудники коронера, и прохожие, видевшие места преступлений, и репортеры — целая куча народа.
— Черт! — выругался Опельт. — Нам понадобится много людей.
— Об этом не беспокойтесь, — успокоил его Ирвинг. — Людей я найду. Как нам сузить круг поисков?
— Кое-что мы можем узнать о преступнике, повнимательнее присмотревшись к его жертвам. Две убитые и та, которой удалось уцелеть, относятся к одному типу женщин: хорошо сложенные блондинки, снимавшиеся в порнофильмах и работавшие по вызовам. Лок полагает, что последователь именно так и выходил на своих жертв. Он видел их в видео, а затем связывался с ними через объявления в секс-газетах.
— Прямо как в магазине выбирал, — заметил Шиэн.
— Именно.
— Что еще? — спросил Ирвинг.
— Не очень много. Лок считает, что последователь очень хитер — Черчу с ним не сравниться. Но у него происходит распад личности, он как бы разваливается на части. Именно потому он и прислал записку. Ведь не сделай он этого, никто о нем не узнал бы. Он достиг того состояния, когда ему захотелось привлечь к себе внимание, каким пользовался Черч.
— А другие жертвы? Те, о которых мы еще не знаем? Ведь четыре года прошло!
— Я занимаюсь и этим. Лок уверен, что есть и другие.
— Черт! — снова ругнулся Опельт. — Нам нужны люди!
Некоторое время все сидели молча и думали.
— Может, нам следует связаться с подразделением ФБР, которое занимается поведенческими исследованиями? — спросил Ролленбергер.
Все посмотрели на лейтенанта, как на мальчика, пришедшего играть в футбол на грязном поле в белых штанах.
— Пошли они в жопу! — сказал Шиэн.
— Мы и сами вроде справляемся... Пока, по крайней мере, — рассудил Ирвинг.
— Что еще нам известно о последователе? — спросил Ролленбергер, пытаясь как-то загладить свою оплошность. — Есть ли у нас что-то реальное, с помощью чего мы могли бы узнать о нем побольше?
— Что ж, — сказал Босх, — нам следует найти ту женщину, которой посчастливилось уцелеть. С ее слов был нарисован портрет, над которым все смеялись после того, как я нашел Черча. Теперь-то мы знаем, что, по всей вероятности, это был портрет последователя. Нужно ее найти. Возможно, она сумеет вспомнить что-то еще, что поможет нам в поисках.
После этих слов Босха Шиэн, наклонившись над грудой папок, покопался в них и нашел портрет. Изображенное на нем лицо было лишено какой-либо индивидуальности и не напоминало Босху ни одного из его знакомых. Меньше всего преступник походил на Мору.
— Можно допустить, что он менял внешность, как Черч, и в таком случае портрет нам не поможет. Но она могла запомнить что-то другое, какие-то манеры его поведения, которые позволили бы нам понять, что преступник был копом.
