– Да ты что, папа?! – закричала Вера. – Ты что такое говоришь? Димка просто за нее, – она кивнула на Женю, – беспокоится. Сейчас ей любой посоветует продать это пожарище. Да ты и сам так думаешь, – добавила она. – Вчера за ужином говорил, помнишь? Лучше бы она продала эту землю, и не было бы ничего.
– Да так-то оно так, – согласился Иван Демьянович. – Только я никак в толк не возьму, ну кому это пожарище так надобно и на кой хрен? Ведь когда живой был Федотыч, никто не появлялся. И вообще тут ни к кому не приезжали купцы насчет земли. А тут нате вам, – размышлял он. – И убивают, мать их… И на кой вдруг эта земля так понадобилась? Говорят, мол, что-то вроде замка для отдыха и охоты сделают. Конечно, понятное дело, место удобное, правда, далековато от тайги-то, – усмехнулся он. – В общем, похоже, что клад под домом Федотыча искать хотят. Так ведь нет никакого клада-то.
– А его сын и дочь почему приезжали? – спросил Дмитрий. – Из-за алмаза какого-то. Так многие говорят. И Летуна тогда же таскали, он тоже говорил ментам, что за алмазами.
– Да будет тебе, – фыркнул Иван Демьянович. – Севка что-то говорил о каком-то семейном амулете. Может, это и был алмаз. Ну, допустим, он тут и лежит, – кивнул он на пожарище, – но ведь сколько его искать-то надо? Это ж иголку в стоге сена сыскать легче. Там, – он снова мотнул головой в сторону пожарища, – обломков и стекол до такой-то матери. А ведь алмаз может быть со спичечную головку, попробуй сыщи его. И приборы не помогут ни хрена, так что я не пойму ничегошеньки.
– А Савелий Федотович тебе не давал алмаз? – спросил Женю Дмитрий.
– Да ты чего говоришь-то, сукин сын?! – зло воскликнул Иван Демьянович. – Ты смотри, не шуткуй так, а то я тебя, ей-богу, в капкан медвежий башкой суну!
– Да я просто пошутил, – оправдываясь, проговорил Дмитрий. – Не обижайся, Жень.
– Ты так не шуткуй, едрена мать, – пригрозил Демьяныч, – а то и прибить из-за таких шуток могут.
– Да ты думай, что городишь-то! – насупившись, проговорил седобородый кряжистый старик. – Ты чего на девку напраслину возводишь? – Стоявший перед ним плотный молодой мужчина виновато опустил голову. – Так и до греха смертного недалеко. Женька, она девка честная, не то что твои курвы, – кивнул бородач на два стоящих перед домом и гремящих музыкой джипа. – Она…
– Да я просто так, батяня, – несмело проговорил сын. – Просто убивают ведь из-за пожарища этого, да и сын Федотовича трепался, что у его папашки алмаз имеется. Вот и приехал он вместе…
– Чушь все это собачья! – гневно перебил его отец. – А даже ежели и был алмаз, то сейчас он там и лежит. Женька, она девка умная и честная. Вот ты мне ответь: могут твои клуни ноги пожилому больному человеку мыть и ведро с говном выносить? Эх, вы… – Не договорив, он ушел в другую комнату.
– Вот и поговорили, – тихо сказал сын.
– Да я тебе вот что скажу, Степан Михайлович, – вздохнул участковый. – Я во все эти дела не лезу. Но и в обиду Сиротину не дам. Она тут доброе дело задумала, и мешать ей народ не даст. Так что…
– Послушай, Серегин, – остановил его Дудин. – Я не знаю, что там и как, но я ведь помочь хочу. И денег дам, и строителей найду. И участок под строительство амбулатории выделю. Благое дело, и хорошо, что Сиротина это все задумала. Участок найдем, чтоб подъезд для транспорта удобный и проходимый в дождь и снег был. И чтоб рядом в экстренном случае мог вертолет сесть. Ты просто поясни народу, ну и Сиротиной, разумеется, что так гораздо лучше будет.
– Вот тебе и выпили, – удивленно пробормотал Серегин. – И не с похмелья, а нам поднесли. И с чего доброта-то такая?
– Ну чего молчишь, Серегин? – спросил абонент.
– Да в удивлении пребываю, – признался участковый. – С чего это вдруг ты стакан подносишь, да не самогону какого, а коньяку налил. Только вот что-то выпить я не решусь никак. Ты же, Степан Михайлович, за так и утопленника из болота не вытащишь. А тут вдруг щедрым стал. Подозрительно это, – буркнул Серегин. – Я, понятное дело, не ангел, но в одной упряжке с тобой не пойду, – добавил он.
– Вот как ты заговорил? – недовольно отреагировал Дудин. – Забыл, как…
– А я вот сейчас позвоню подполковнику Тарасюку, – перебил Серегин. – И он вам быстро пояснит, что…
– Ладно, – буркнул Дудин, – зря я за тебя ходатайствовал, чтобы ты был участковым.
