Вадим сделал затяжку, выдохнул и наконец повернулся. В его лице мелькнуло что-то человеческое. Боль? Сожаление? Бессилие? Но тут же исчезло за привычной маской власти.
— Итак, Степан. Майя просила, чтобы мы встретились. У вас какое-то дело?
Степа выпрямился, расправил плечи, но внутренне напрягся. Он знал, что от этого разговора зависело многое.
— Не совсем дело.... Мне нужна помощь.
— Слушаю вас внимательно.
Степан не стал юлить. Не привык. В его жизни слишком часто от промедления зависело слишком много
— Ее зовут Рената. Она сбежала от мужа абьюзера. Он избивал ее, унижал, запугивал. Сейчас она у меня. Беременна. Боится. Ни документов, ни поддержки. И я не могу просто стоять в стороне.
Голос срывался на вдохах, но Степан держался. Он спасал десятки чужих жизней. Но сейчас на кону стояла одна, и она была дороже всех.
Вадим Юрьевич не перебивал. Молча курил, прислушиваясь. Его лицо казалось каменным, но глаза выдали напряжение.
— И? Что вы хотите от меня? — наконец спросил он.
— Как мне защитить Ренату? Её и ребёнка. Чтобы этот урод оставил их в покое. Чтобы она могла спокойно жить и не оглядываться.
— Никак, — прокурор пожал плечами, будто речь шла о чём-то незначительном. — Это семейное дело. Если вмешаетесь, сделаете только хуже. Оставьте девушку в покое.
Внутри у Степана все взорвалось. Он шагнул ближе, голос сорвался:
— Вы в своём уме? Он может ее покалечить. Она боится его, боится за ребёнка. А вы мне предлагаете отступиться?
Вадим поднял на него внимательный взгляд.
— Вполне. Разница менталитетов сделает свое дело. Как бы вы ни боролись, она все равно вернется к мужу. Рано или поздно. Ничто ее не остановит.
— Он её ломал. Бил. Подавлял, — прорычал Степа. — Я не позволю ей вернуться в этот ад.
— Доказательства? — приподнял бровь Вадим. — Заявления в полицию? Справки из травмпункта?
Степан сжал кулаки.
— Ничего нет.... Она просто сбежала от него.
— Тогда вы ничего не докажете, — прокурор крепко затянулся. — Мы живем в правовом государстве. Эмоции — не статья УК. Их к делу не пришьешь.
— А если она решится? Напишет заявление? Пройдет освидетельствование?
Вадим затушил сигарету и поднял на Степу усталый взгляд.
— Вы уверены, что она пойдет до конца? Что не дрогнет? Не испугается, как тысячи других?
Степан посмотрел ему прямо в глаза. Сурово. Без страха.
— Я ручаюсь за неё.
Наступила тишина. Ян сделал полшага вперед.
— Вадим Юрьевич, помогите им. Пожалуйста. Мы оба знаем, что не всё измеряется статьями. Вдруг получится.
Взгляд прокурора метнулся в сторону окна. Там, за стеклом, находилась та, которую он не смог удержать. Та, ради которой он однажды стал другим человеком. Майя.
Когда-то она нуждалась в нем. А он не смог дать ей ничего. Тогда она ушла.
— Вдруг-вдруг.... — пробормотал он, засовывая воспоминания поглубже.
С этими словами он достал телефон, нашел нужный контакт и протянул Степану экраном вверх.
— Следователь. Молодой, но принципиальный. Начните с него. А дальше — посмотрим.
Степан быстро переписал номер и вернул телефон.
— Спасибо.
— И держите меня в курсе.
— Хорошо.
Они пожали руки. Степан вышел на улицу. Ян задержался. Подошел ближе к прокурору.
— Как там Майя? — тихо спросил Вадим, будто боялся ответа.
Ян мягко вздохнул:
— Всё хорошо. Работает и тренируется. Так же, как всегда.
Вадим не ответил. Только смотрел в окно. Там, где машина. Там, где его жестокая девочка.
— Так и не простила? — тихо уточнил Ян.
Прокурор лишь пожал плечами. Глухо, бессильно.
— Я думаю, вам стоит быть более настойчивым, Вадим Юрьевич, — добавил Ян. — Если вам не всё равно.
Взгляд Вадима стал острее.
— Спасибо за совет, Ян.
— До встречи.
*****
Рената нервно теребила край рукава, стоя рядом с машиной. Мужчины ушли в дом, и она осталась одна с Майей. На душе было неспокойно, словно вот-вот должно было случиться что-то страшное.
— Куда они пошли? — осторожно спросила Рената, не поднимая глаз.
— Здесь живет прокурор города, — ответила Майя и чуть усмехнулась. — По совместительству мой бывший отчим.
— Бывший? — Рената удивленно вскинула брови. — А так бывает?
— Бывает, — в глазах Майи застыли льдинки. — Мама умерла, и всё. Связь оборвалась. Официально мы никто друг другу. А по факту.… — Она махнула рукой.
Рената сглотнула. Тема казалась болезненной, не хотела давить, но не сдержалась:
— А почему ты не пошла с ними?
— Мы не общаемся, — коротко обронила Майя. Холод в голосе был почти физически ощутим.
— Прости. Не хотела лезть не в свое дело.
— Всё нормально, — она вздохнула. — Лучше расскажи о себе. Степа ведь туда из-за тебя пошёл?
Рената кивнула. Сердце заколотилось сильнее.
— Из-за моего мужа, — начала она, но тут же замялась. — Он.… — она замолчала, пытаясь подобрать слова. — Он страшный человек.
— Ты замужем? — Майя приподняла брови.
Рената кивнула снова и коротко пересказала все, что знала и успела прожить. Про дом, про страх, про побег и попытки начать заново. Даже про то, как вчера Артур снова появился в ее жизни, а Степа спас.
— Вот это жесть.… — протянула Майя. — И что теперь? План есть?
