— Внизу чисто, — в дверном проёме показалась Лёхина голова. — Там только охрана. Была.
Его взгляд в скудном освещении предрассветного марева выхватил лежащего на полу Саида.
— Отдыхаешь, брат? — хмыкнул он. — А ты хотел один на дело идти.
Речь идёт о ружье-транквилизаторе* — пневматическое ружьё, которое стреляет специальными дротиками с транквилизаторами или другими препаратами. Может использоваться для обездвиживания животных или вакцинации. Дротик представляет собой шприц, который при попадании в тело животного вводит внутримышечно препарат.
Эта была самая долгая ночь в моей жизни… и самая страшная…
Прошло уже довольно много времени с тех пор, как он ушёл, а в душе поселилось нечто более чёрное, чем окружавший меня мрак. Тёмная комната, наполненная безмолвием, подавляла, мешала дышать, думать и жить, словно сквозь её стены просачивался невидимый, смертоносный газ.
Что-то пошло не так! Он давно уже должен был вернуться!
Неведение и невозможность повлиять на происходящее были ещё хуже ожидания и тошнотворного страха, что не отпускал ни на минуту. А ещё мучительно ныла совесть. Ведь свою роль я сыграла на отлично — нашла в его броне слабое место, по которому и ударила. Каждый выживает как может — это факт! Приоритеты даны чётко — это тоже факт. Ещё один факт: Влад прав, я действительно бездушная стерва. Только почему же тогда так больно и так нестерпимо жжёт в груди? Ведь всё было ясно с самого начала!
Время тянулось неизбежно и мучительно долго! Прислушиваясь к звукам чужого дома, я то и дело бросала взгляд на часы, а вскоре и вовсе практически не отводила глаз от секундной стрелки. Чтобы хоть как-то скоротать время и не поддаться панике, я решала в уме ситуационные задачи по факультетской хирургии:
«…Больной 60 лет. Температура – 37,2°. Озноба не было. При пальпации живота – болезненность в правой подвздошной области, где определяется уплотнение размерами 7?8 см с нечеткими границами, болезненное. Симптом Щеткина-Блюмберга слабоположительный. Симптомы Ровзинга, Ситковского положительные. Лейкоцитоз – 10.2?10/9/л.
Предположительный диагноз?
— Острый аппендицит, аппендикулярный инфильтрат, — прошептала я вслух
Какое заболевание следует исключить?
— Рак слепой кишки.
Лечебная тактика и обследования?
Без перерыва прокручивая в голове всё новые экзаменационные вопросы, я не заметила, как за окном забрезжил рассвет. Сомнений больше не осталось никаких — он не справился. А я проиграла! Что означало только одно — пора возвращаться домой.
Проглотив горький комок, я неспешно поднялась с кровати. Платье лежало на полу и, машинально к нему потянувшись, я тут же отдёрнула руку — меня словно разряд тока пронзил, стоило лишь к нему прикоснуться. Слишком памятными оказались воспоминания, с ним связанные. Осознание своей вины в случившемся на секунду затмило даже горечь поражения. Ноги подкосились, я плюхнулась назад на постель, опустив голову на колени, полностью погружаясь в своё отчаяние. Что же я натворила!
Ядовитая тоска проникла внутрь, отравляя сознание, угнетая волю. Все мало-мальски жизнеспособные мысли покинули мою голову, а на их место ворвалась боль, стучась в виски с
настойчивостью тысячи дятлов. Неимоверным усилием воли я вновь заставила себя подняться и что-то делать.
Пакеты с одеждой стояли на том же месте, где их вчера оставил Саид. Раскладывать в чужом доме свои вещи я не видела смысла — моё положение для этого слишком нестабильно. Поэтому, неторопливо сделав свои дела в ванной, я натянула из первого попавшегося пакета длинную юбку, облегающую безрукавку в тон и поплелась к двери.
В доме царила тишина, оно и не удивительно, ведь на часах всего половина шестого. Каково же было моё удивление, когда я, спустившись вниз, наткнулась на жену Данилы Сабурова. Ася сидела, понурив плечи, и гипнотизировала взглядом чашку с давно остывшим чаем. Выходит, не я одна мучалась этой ночью без сна.
При моём приближении она вскинула голову, и её взгляд заставил меня сбиться с шага.
— Тоже не спится? — мой вопрос прозвучал скорее утвердительно.
На что Ася лишь отрицательно мотнула головой, продолжая задумчиво сверлить меня взглядом.
— Ты его хоть любишь?
Приблизившись, я щёлкнула выключателем кофеварки.
— Нет.
— А он тебя любит.
— Не любит! — ответила я, должно быть, слишком резко и эмоционально.
Довольно этого театра!
Он хотел заполучить меня в свою постель, хотел отыграться, потешив своё тщеславие. Это был его выбор! А то, что произошло, — всего лишь последствия принятого им решения. Его целью было завладеть не только моим телом, но и душой — сделать так, чтобы я сама его желала. И я позволила ему поверить в это, ради достижения собственной цели. Вот и всё!
Наполнив свою чашку, я заняла место напротив неё.
— Любит, — вздохнула Ася, отворачиваясь. — Он ещё никогда ничего не делал ради женщины.
—Ты не можешь говорить об этом так уверенно!
— А это не я. Это говорит мой муж…
