Смертельное лекарство.
– Зачем ты вернулась? Для чего пришла сюда? – прорычал Салманов мне в рот.
Кирилл нашел клитор пальцем, надавил и погладил, размазывая влагу.
Он собрал мои волосы, намотал на кулак и больно дернул, заставляя запрокинуть голову. Я застонала в голос. Даже эта боль была как ворота в рай.
Наверно, если бы он хлестал меня по щекам, я бы все равно боготворила ладони Мастера.
– Я задал вопрос, – напомнил Салманов, дернув снова. – Отвечай!
Какой вопрос? Я скорее догадалась, чем вспомнила.
– Я… Я ищу доминанта, сэр. Мне нужен хозяин.
Мне нужен ты, любимый, но с такой формулировкой я уже через час окажусь в Шереметьево.
– Ты с ума сошла, что ли? – огрызнулся он.
– Да. Возьми меня назад или позволь двигаться дальше.
– Дарина! Ты в своем уме? Двигайся, бога ради. Я не держу тебя.
– Держишь. И сам держишься за меня. У тебя ведь нет покорной, нет подруги. Только имидж импотента, который не трахается и другим не дает.
Кирилл отпустил меня, оттолкнул. Я бы упала наверно, если бы не стена. Стена – отличный друг. На нее можно положиться. Мои ноги подкосились. Я была готова к ругани, к лекции, к очередной попытке наказать меня. Но Кирилл смотрел так странно.
– Какая осведомленность, – выплюнул он, проведя рукой по волосам, убирая со лба непослушные пряди.
Опять отрастил челку. Ленится доехать до парикмахера? Руки зачесались. Захотелось подстричь его короче, убрать с висков, чтобы вернулась прежняя аккуратная стрижка безупречного Кирилла Салманова. Чтобы вернулся он сам, потому что сейчас это не тот доминант и контрол-фрик, который купил меня. С нами обоими что-то произошло. Я просто обязана выяснить подробности.
Но сейчас решение было за Кириллом. Он смотрел, смотрел и смотрел на меня. Словно метал глазами иглы, пришпиливая к стене бабочку, на которую хотел любоваться. Я не отводила глаз, выдерживая это испытание. Делай со мной что хочешь, только не гони.
И он сдался. Выдохнул обречённо, спросил:
– На такси приехала?
– Нет, меня ждет водитель.
– Отпусти. Я отвезу тебя в город. Вечеринка для тебя закончена.
Мои губы сами собой сжались в упрямую тонкую линию.
– Я не собиралась уходить так скоро.
На Кирилла это заявление не произвело впечатления.
– Через двадцать минут. Парковка на заднем дворе. Дорогу найдешь? – спросил он.
– Если потеряюсь, спрошу у Андрея, – ввернула я мстительно.
А что? Пусть знает. Мне нужен доминант. Если он не хочет, я найду другого. Необязательно сейчас Кириллу сообщать, что у меня с поисками проблемы.
Салманов никак не отреагировал на мое заявление, вышел из спальни. Но даже по его затылку было видно, что он разражен, если не взбешен.
Я привела себя в порядок и спустилась вниз. У лестницы меня ждал Андрей. Тем лучше, а то я сама собиралась искать, вернее, «случайно» наткнуться.
– Все нормально? – спросил он, выглядя при этом обеспокоенным.
Я не ответила, лишь пожала плечами неопределенно и улыбнулась уголками губ, давая понять, что ничего страшного Салманов со мной не сделал.
– Пожалуй, я поеду домой и выучу протокол.
– Хорошая шутка, – оценил Андрей, хохотнув. – Или это не шутка?
Я усмехнулась.
– Как знать.
– Рин, мы увидимся еще?
– А ты хочешь?
Я хотела бы сама иметь тыл в виде симпатичного доминанта-антагониста. Помнится, Кирилл воспринимал его соперником, хоть и считал приятелем. Раздражающий фактор из Андрея получится отличный. Да и знакомый он полезный, как ни крути.
– Да, я бы хотел увидеться снова. Мы не поговорили почти, – сказал он и протянул мне визитку.
Во взгляде Андрея что-то неуловимо изменилось. Там все так же был интерес, но теперь сквозило и опасение, даже тревога.
За меня? За Кирилла? Узнаю.
– Спасибо. Я позвоню.
Кокетливо сунув карточку за корсет, я подмигнула ему и пошла в сторону черного хода. По дороге набрала водителя и сообщила, что он свободен.
Кирилл ждал меня, как и договаривались. Он сидел в машине за рулем. Сам! А я думала, что поболтаю с Колей. Ну и дела.
– И снова здравствуйте, – улыбнулась я обезоруживающе, садясь в машину, снимая маску.
Его взгляд-рентген скользнул по моему лицу, изучающе и горячо. Я вдавила зубы в нижнюю губу, приглашая его поцеловать меня снова. Кирилл на провокацию не поддался, хоть и уставился на мой рот, замерев на минуту, но едва пришел в себя, то повернул ключи, заводя машину, открыл подлокотник, вытащил влажную салфетку, бросил, практически не глядя на меня.
– Вытри губы. Тебе не идет вульгарность, – кратко приказал он и дал газу.
Вместо того, чтобы повиноваться, я протерла салфеткой руки, мягко ответила.
– Не буду.
Салманов сжал руль чуть сильнее.
– Ты нарываешься, Дарина, – предупредил он спокойно, почти холодно.
– На что? – изумилась я наиграно. – Мы покинули вечеринку, и ты не мой Мастер больше. Я без ошейника и могу вести себя как хочу.
– Да ты что, – едко хмыкнул он. – Вот как заговорила. А как же быть с твоей просьбой снова стать твоим Мастером? Полагаешь, мне нужна дерзкая непокорная размалеванная девица?
Прежняя Дарина, конечно, начала бы извиняться и смущаться, но сейчас я знала, что имею над ним власть, и без сомнения заявила:
