Посматривая на полуобнаженного Вадима, который хмуро и лениво вытирал салфетками свой член, я не придумала ничего лучше, чем отодвинуться к окну. Бандит тут же глянул на меня из-под бровей и проследил, как я скованно притянула колени к груди.
– Поздно хмуриться, Эльза, – неожиданно сказал он без тени иронии. Я оторопело и растерянно уставилась на него, а Вадим прохладно добавил: – И жалеть уже поздно.
Скинув салфетки на коврики, он схватил водолазку и уже открыл дверь, чтобы выйти, но я вдруг воскликнула:
– Я не жалею! – Астахов оглянулся, но посмотрел на меня так, будто услышал в моем голосе налет лжи. Поэтому я поспешила объясниться: – Я просто… Что теперь будет, Вадим?
Задержав на мне взгляд, он невозмутимо вышагнул из салона на асфальт и начал надевать водолазку. В груди неприятно царапнуло. Однако перед тем как дверь захлопнулась, я неожиданно услышала твердый ответ на свой вопрос:
– Ты останешься со мной.
Всю дорогу я то и дело украдкой ловила взглядом водительское сиденье. Задумчиво наблюдала, как жилистые мужские руки манипулируют рулем, как плавно переключают передачу, как Вадим периодически опирает локоть на консоль и потирает пальцами щетинистый подбородок. Особенно задерживала внимание, когда бандит поворачивал голову – всякий раз казалось, что он сейчас непременно посмотрит на меня и что-то скажет. Но Астахов не смотрел. И ни разу не нарушил напряженную тишину в салоне, которую не разбавляла даже музыка.
Он оглянулся лишь раз, когда БМВ проехала кованые ворота и притормозила у парадных дверей особняка. Хмурым взглядом отметил, как я запахнула пальто, под которым осталось испорченное платье, после чего вышел из машины, так и не сказав ни слова.
Я проследила, как Вадим обошел не заглушенный кроссовер и оказался напротив пассажирской двери. В следующий момент она распахнулась, однако выходить я не торопилась. Пришлось бандиту взять меня за руку и вытянуть из салона. Но сделал он это довольно терпеливо, поэтому не ощутил никакого сопротивления.
Мужская рука не отпускала моей ладони, даже когда мы вошли в дом. И вся охрана на первом этаже видела, как хозяин дома покровительственно повел меня вверх по лестнице, затем налево по коридору в сторону своей спальни.
Заведя меня в нее, Вадим, наконец, отпустил мою руку и закрыл дверь. Сердце гулко забилось от волнения. Не спеша, приблизившись, он заставил меня отцепиться от пальто, которое я настойчиво сжимала пальцами на груди, и непреклонно снял его. Затем неожиданно двинулся мимо.
Обернувшись, я увидела, что бандит стянул на ходу водолазку и задержался возле двери ванной. Включив свет, он небрежно распахнул дверь, а его взгляд уже сосредоточился на мне.
– Иди набери ванну, – почти предложил он, а не велел. – Тебе не помешает расслабиться.
Опустив глаза, я неловко потерла свое плечо. Да уж… наверное сейчас это действительно будет лучше всего. Мне стоит побыть одной и хоть немного осознать все то, что произошло за последние несколько часов.
В общем, я не стала спорить и покорно прошла в ванную, где закрылась на добрых полчаса, если не больше. Хотя в воде я пробыла от силы минут десять – немного погрелась, помылась и вышла. Все остальное время я просидела на краю ванны, полусонным, уставшим мозгом пытаясь придумать, как теперь действовать? Как ориентироваться в ситуации, в которую я добровольно загнала себя?
Больше всего я боялась, что совершила большую ошибку, доверившись своему врагу…
Надев трусики, я обернула на груди полотенце и, наконец, вышла в спальню. Едва отошла от двери, как удивленно застыла, уставившись на стол, который откуда-то появился в центре. Возле него стояли два массивных кресла, и в одном уже сидел хозяин комнаты, вальяжно раскинув руки на подлокотники. Он крутил в пальцах широкий стакан с янтарным напитком на дне и кубиками льда, а его взгляд был лениво сосредоточен на экране планшета, который стоял на мужском колене.
– Садись поешь, – сказал Вадим, поймав меня взглядом.
Он кивнул на стол, где было накрыто для одной персоны и стояло несколько аппетитных блюд. От них исходил насыщенный ароматный запах, который тут же спровоцировал голодный спазм в моем животе.
Неуверенно пройдя к креслу, я поудобнее уселась в него и оглядела свой ужин. Несмотря на голод, внутри нашлось место смятению. Поэтому я настойчиво посмотрела на Вадима.
– Не стоило беспокоить Миру так поздно, – заметила негромко. Большие часы в деревянной оправе напротив кровати так-то показывали уже начало четвертого утра. – Я могла бы и на кухне поесть.
Оторвав взгляд от планшета, бандит так снисходительно посмотрел на меня из-под бровей, будто я сморозила глупость. Но говорить ничего не стал. Вновь продолжил хмуро проводить пальцами по экрану, а я со вздохом придвинула к себе тарелку с жареным филе рыбы. И греческий салат еще. И рулетики из баклажанов.
