Занила смотрела на город и ловила себя на мысли, что он, такой белый, матово блестящий и весь прямоугольный, напоминает ей грубо обколотые куски соли, которые кариташские торговцы из года в год привозят на рынки Догаты.
Ей понадобилось несколько минут и немалое количество внимания, чтобы среди скопления разных, но таких похожих белых домов, узнать императорский дворец. Собственно, дворцом это не получалось назвать даже с большой натяжкой. Сильнее всего жилище кариташского правителя походило на бастион: расположенный чуть выше по склону холма, чем основной город, весь квадратный и массивный, с толстыми стенами, лишенными каких бы то ни было украшений. Будто строители, создав весь город как белую и солнечную игрушку, дойдя до дворца, наконец-то вспомнили, что в этом мире все же иногда случаются войны и что правителя государства полагается защищать! Больше же, кроме массивности и размеров, резиденция кариташского правителя от остальных городских строений не отличалась ничем. Откровенно говоря, узнала ее Занила лишь по флагу, трепещущему над плоской крышей. С расстояния он казался просто желто-зеленым пятном, но Кай'я Лэ знала, что на нем должны быть изображены три рыбы, расположенные треугольником, на зеленом поле.
- Столица, - произнесла Ула, останавливая свою кобылу справа от Серебра Кай'я Лэ, и так же, как и Хозяйка стаи, глядя вниз с холма. - Лукунул - "Озерный город".
- Или, если совсем правильно, то Луку'н'Ул - "Город на Озере", - поправил Намо, подъезжая к Заниле с другой стороны. Ула фыркнула, будто высший оборотень сказал что-то смешное:
- Нет! - она повернулась к нему и наклонилась в седле так, чтобы Хозяйка стаи не мешала ей видеть Намо. - Если ты начнешь говорить "Луку'н'Ул", - она старательно, явно утрируя манеру высшего оборотня, выделила голосом апострофы, - тогда точно все вокруг будут знать, что ты иностранец. Сами кариташцы говорят "Лукунул", а столичные жители и вовсе - "Луку"! А себя, кстати, они называют лукуйцами.
- "Город", - перевел Намо, а потом насмешливо фыркнул, - и "горожане"!
- А чем "Североград" лучше? - обиделась за свою родину Ула. На этот раз на нее выразительно покосилась Кай'я Лэ. Байд, наконец-то проведший сквозь заросли цветущих деревьев не только своего коня, но и пристяжную кобылу, остановился рядом с ними:
- Напомни мне, Занила, почему мы считаем, что Талгат там? Или в скором времени будет там?
- По той же самой причине, по которой я готова была драться за Североград! - Кай'я Лэ слегка повернулась в седле, оглянувшись на командира своих гвардейцев. Вопрос Байда ее, казалось, ничуть не удивил. И уж точно не вызвал раздражения. Быть может потому, что она была как никогда уверена и в своем ответе, и в принятом решении. - Кариташ граничит с Тивириллой, и Талгат ясно дал понять, что время нейтральных территорий прошло! Больше не будет мелких стычек, болезненных уколов и отступлений, больше не будет веков взаимной ненависти. На этот раз война должна чем-то закончиться!
- А почему ты уверена, что нам удастся найти Талгата? - спросила Ула. Занила мельком отметила, что девушка вряд ли бы решилась задавать вопросы Хозяйке стаи, если бы Байд - ее непосредственный командир не начал первым, но она и на этот раз не имела ничего против, чтобы ответить. Поворачиваясь к Уле, Кай'я Лэ пожала плечами:
- Закон случайности.
Занила замолчала. Она знала, что от нее ждут продолжения, каких-либо объяснений, но для нее все возможные и - более того - имеющие смысл объяснения как раз и были заключены в двух уже произнесенных словах. И теперь она с удовольствием наблюдала, как меняется выражение на лице девушки-оборотня: с просто непонимающего до отражающего напряженную работу мысли.
- Если что-то может случиться, оно обязательно случится, - наконец проговорила Улы тоном полу вопроса полу утверждения, будто если произнести свои мысли вслух, в ответе Кай'я Лэ прибавится смысла. Занила не удержалась от того, чтобы слегка усмехнуться. Девушка-оборотень, безусловно, была права, но у нее была несколько иная версия формулировки этого закона:
- Если ты ищешь новой встречи с твоим врагом, ваши пути обязательно пересекутся.
- И ты веришь в это, Хо... Занила? - в голосе Улы снова возобладало недоверие. Кай'я Лэ не успела ответить, потому что вместо нее это сделал Намо:
- Я верю!
Занила обернулась к оборотню так резко, что Серебро, которого она случайно дернула за поводья, недовольно фыркнул и переступил с ноги на ногу, но она этого вряд ли заметила, потому что Намо повторил, вновь сделав ударение на первом слове:
- Я верю, - оборотень смотрел на Занилу и говорил, хоть и отвечая на вопрос Улы, тоже только для нее.
