- Я думал: он свою охрану звать начнет, а он о них будто даже и не вспомнил. И за оружием, за кинжалом каким-нибудь, в одежде спрятанным, не потянулся. Только сжал руки в кулаки, а когда вновь пальцы распрямил, у него на ладонях горел огонь, самый настоящий с виду, ярко-оранжевый, но он его держал и будто не обжигался вовсе! Мои ребята тогда замерли, но потом все же вновь к нему двинулись. А он вновь кулаки сжал и этот огонь в них швырнул! Сильно никто не обгорел, - поморщился князь, явно не испытывая удовольствия от своего повествования, - зато осторожности у остальных сразу прибавилось. Они уже впятером на него пошли. Но Талгат больше никакого огня создавать не стал. Он просто прижал руки к груди, а потом резко выбросил их вперед, будто прочь от себя кого-нибудь оттолкнул. Мои ребята еще в трех шагах от него были, а разлетелись так, будто он их чем-то по-настоящему ударил! Они снова попытались его схватить, а он их снова раскидал... Десять лучших бойцов из моей дружины, все не первый год служат, в настоящих боях участвовали и победителями вернулись, и ни один даже пальцем до него дотронуться не сумел! - Михаил вновь посмотрел на ту, которой он все это рассказывал. Он ждал какой-то реакции: изумления, восхищения или страха - чего-нибудь из того, что испытывал он сам, но Хозяйка оборотней лишь нетерпеливо поморщилась, недовольная его остановкой:
- Дальше, князь!
- Я приказал своим людям остановиться, - ответил Михаил. - Я уже понял, что им с чужеземцем не справиться: Талгат стоял на том же месте, что и в начале схватки, и даже дыхание его чаще не стало. Он посмотрел на меня и спросил, верю ли я теперь в его могущество. Я, если честно, тогда уже почти поверил, но все же спросил: со сколькими людьми он может вот так справиться - даже не прикоснувшись к ним. Он усмехнулся, будто я сказал что-то забавное, и ответил, что с целой армией!
Занила все же не выдержала и фыркнула: разумеется, от Талгата, желающего произвести определенное впечатление на князя, глупо было ожидать другого ответа, но сама она всю эту сцену, столь подробно описанную Михаилом, иначе как специально разыгранное представление воспринимать не могла! Могущество... Целую армию... Она знала, и Талгат тоже не мог не знать, что за все в этом мире приходится платить. И магия - отнюдь не исключение из правил!
"А князю фокусы понравились!" - сознания Занилы коснулась мысль, посланная Намо. Только сейчас она поняла, что разум оборотня был по-прежнему широко распахнут для нее. Ледь держал щиты, как делал это всегда, пока они не оставались наедине, а Намо словно специально открывал сознание. И ощущалось это столь же правильным, как и пальцы Занилы, по-прежнему скользящие по мягкому меху на его спине.
Кай'я Лэ усмехнулась в ответ, соглашаясь с мыслью оборотня. Намо оскалился, потянувшись на ее коленях, и князь Михаил, заметив этот проблеск клыков на морде зверя, невольно вздрогнул, то ли приняв усмешку на кошачьей морде за угрозу, то ли как раз все очень правильно разгадав.
Ледь, от внимания которого вся эта короткая сценка, разумеется, не ускользнула, нахмурился, но не стал ничего говорить и вновь повернулся к Михаилу, поторапливая человека с рассказом:
- Что было дальше, князь?
Мужчина, будто оклик заставил его очнуться, оторвал взгляд от зверя на коленях боярыни и вновь посмотрел ей в лицо, но произнести ничего не успел, потому что Занила его опередила.
- Ты поверил в обещанное могущество и согласился воевать на стороне Талгата, князь? - произнесла Занила с какой-то странной интонацией, то ли спрашивая, то ли уже подсказывая ответ. Хозяйка стаи отметила, что взгляд человека вдруг стал немного иным, будто князь Михаил наконец понял, зачем он все это рассказывает. Нет, не для того, чтобы спасти собственную жизнь или свой город...
Голова человека как-то странно дернулась, будто он никак не мог решить: кивнуть или покачать ей. Не отрицание, но и не согласие.
- Я спросил, против кого воюет Талгат. Кто, по его мнению, угрожает мне? - произнес Михаил и на минуту снова замолчал, явно подходя к самой щекотливой части своего повествования. Потом все же решился. - Тогда Талгат рассказал мне о вас. О том, что древние сказки о страшных Хозяевах Леса правдивы до самого последнего слова; о том, что те, кому принадлежат земли к северу от моих собственных, не люди вовсе; о том, что они считают нас всего лишь своей добычей и выходят на охоту, вырезая целые деревни; о том, что их жажда крови с каждым новым убийством становится лишь сильнее, и скоро они, лишившись остатков человеческого облика и разума, нападут на мои города!..
