Милуется он тоже с ней. Ручки ей целует и ползает на коленях, пытаясь добиться ее расположения.
А на меня не смотрит.
И как же это больно – любить. Так больно, что хочется удавиться ею, утонуть в ней. Потому что моя любовь – отрава. Потому что люблю только я.
Ненавижу. Как же я ненавижу “Снежинку”. Какое же тупое прозвище… Но я бы все отдала, если бы он мне тоже дал такое имя. Чтобы произнес так же нежно, как произносит, обращаясь к ней. Разок. Мне бы хватило, я бы впитала в себя всю ту нежность и тратила бы всю жизнь по чуть–чуть.
Как же любить больно. До сжатых в кулак ладоней, до впившихся в кожу ногтей, до боли в мышцах, до взрыва во Вселенной. Как же, мать его, больно. Больно. Сильно.
Я хочу кричать, орать, разодрать чертово сердце на части, чтобы кровь хлестала, чтобы не билось оно его именем больше. И как же хочу стереть из памяти его улыбку, его лицо, его всего…
Как же хочу научиться не любить…
Моя любовь не такая. Моя любовь надела на меня ошейник с шипами вовнутрь.
И…
Научите.
Пожалуйста.
Не любить.
Мне больно. И
