Именно такой фразой госпожа Шин сообщила о своём намерении навестить дочь, отговорить или помешать исполнению которого Ми Ён была не в силах. Поэтому, уже вечером этого дня, к удаче девушки — выходного, всё семейство Шин, не считая Ли Хёна, всё также оставшегося в Инчхоне, находилось в её квартире.
— Мы так давно не виделись, — надулась мать, пока брюнетка разливала чай, — почему так редко родителей навещаешь?
— Мне брата хватает, — шутливо отмахнулась Ми Ён, на что госпожа Шин никак не отреагировала, но однозначно приняла к сведению, — ну, а вообще, работы много. Просто некогда.
Джун дома не было. Она была на вечерней смене в больнице, хотя и очень хотела застать этот визит родителей подруги.
— Ну, а дела-то как, дочка? — отец вступил в разговор. — Нашла работу?
— Ну как сказать, — Ми Ён села напротив родителей в кресло, — по моей специальности до сих пор почему-то найти не выходит, но я нашла более-менее стабильный заработок.
— Возможно, ты не там ищешь, — с долей сарказма женщина развела руками, — или просто не знаешь, чего сама хочешь.
— Мам, ты к чему клонишь? — подобный тон матери никогда не нравился девушке, ведь она прекрасно знала, что в таком случае прячется за её улыбкой — презрение.
— Да ни к чему, — госпожа Шин потянулась к чашке с чаем, пока девушка непрерывно следила за её действиями.
В комнате начала ощущаться напряжённая атмосфера, что не удивительно. Каждый подобный разговор всегда приводил к такой ситуации. Это тоже было вроде семейной традиции. Возможно, именно поэтому девушка и не желала навещать родителей. Она отчаянно пыталась избежать того, что сейчас происходит. Она знала свою мать и на что та способна, когда ей что-то не по душе. А судя по её тону и фразам, как бы невзначай брошенным во время разговора, ей было не по-душе абсолютно всё. Она была женщиной достаточно своеобразной. И начинать любой спор с ней было крайне невыгодно, так как это грозило полнейшим проигрышем, а если и победой, то с неприятным осадком на душе. Она знала, как зацепить словом, как указать на собственную ничтожность собеседника, и попросту унизить его. Это именно та черта, которую брюнетка так не любила в матери и старалась всеми силами обойти, но сегодня удача была явно не на её стороне. Госпожа Шин уже распалилась, пусть этого и было не заметно по её непроницательному лицу.
В целом, интуиция девушки не подвела. Уже несколько дней она её настойчиво предупреждала о надвигающейся бури. Но она и предположить не могла, что ей окажется её собственная мать, которая, ещё не известно по какой причине, была очень недовольна дочерью. В подобных разборках отец девушки старался не участвовать и даже не пытался принимать чью-либо сторону. Вовсе не потому, что ему было всё равно. Просто он уже давно понял, что это попросту бесполезно и безрезультатно. Он знал свою дочь, а жену — ещё лучше. Каждая из них была человеком, желающим перетащить одеяло на себя. Только если Ми Ён это делала для того, чтобы согреться, то госпожа Шин — просто, чтобы оно не досталось оппоненту. В таком случае, достаточно миролюбивый человек, как глава их семейства, был попросту бессилен, хотя мысленно почти всегда был на стороне дочери и искренне жалел её, ведь знал о последствиях подобных споров. Даже если девушка выходила из них победителем, то всё равно чувствовала себя проигравшей. Пословица «Проиграли битву, но выиграем войну» в данном случае была зеркально-противоположной. Вот и сейчас Ми Ён готовилась к тому, что скоро ей придётся ещё долго очухиваться либо от сокрушительного поражения, либо от ложной победы. Она всё ещё не видела мотивов матери, но чувствовала недовольство той.
— Я все эти месяцы бегаю по офисам и рассылаю резюме, — нахмурилась брюнетка, — но каждый раз что-то срывается.
— Возможно, это только тебе кажется, что ты стараешься, — женщина спокойно отпила чай, даже не изменив интонации, хотя в её словах ощущался однозначный упрёк, — разочаровываешь ты меня.
— Дорогая, да ладно тебе, — отец натянуто улыбнулся, но даже это не помогло бы остановить уже разогретую машину негодования.
— Прости, но чего ты от меня ожидала?! — девушка начинала понимать, куда клонит мать, и ей это очень не нравилось. — Мне тяжело. К тому же, я не думала, что будет так сложно найти работу по моей специальности и с моим дипломом. Я правда стараюсь.
— Что-то не заметно, — презрительно хмыкнула мать.
Это движение окончательно сорвало крышу Ми Ён. Она не любила, когда её слова поддаются сомнению, особенно в такой форме. Ей было не ясно, что нашло на мать, но ей это однозначно не нравилось. Госпожа Шин, как и всегда в подобных спорах, начала переходить границу дозволенного, давя на дочь своим авторитетом, а это Ми Ён ненавидела ужасно. Поэтому и сдерживаться более не могла. Отбросив былые попытки быть вежливой и учтивой, девушка так же повысила голос.
— Почему ты не понимаешь?! — вскочила с места брюнетка. — Половина моих проблем именно из-за тебя! Из-за этой чёртовой квартиры!