— Интересное заявление, — женщина, до этого отпившая чай, поставила чашку на столик и также поднялась — она ненавидела, когда на неё смотрят сверху, как в прямом, так и в переносном смысле, — то есть, ты хочешь сказать, что наш с отцом подарок приносит тебе проблемы?
Сам же господин Шин, уже в сотый раз сокрушенно вздохнув, желал менее всего, чтобы его впутывали в эту перепалку. Он-то сориться ни с женой, ни, уж тем более — с дочерью, не желал.
— Ещё какие! — взмахнула руками девушка. — Эти чёртовы хоромы обходятся очень дорого! Тоже мне подарок! Если бы мне не пришлось оплачивать кредит, о котором, между прочим, меня никто даже не предупредил, то я бы не лезла из кожи вон на подработках, а неспешно и размеренно нашла бы нормальную работу. А так мне и дня нельзя прожить, чтобы не побеспокоиться о деньгах, ибо не дай Бог меня уволят, и я не успею оплатить кредит к сроку.
— Я же говорил, что это плохая идея, — абсолютно точно обращаясь к жене, вздохнул мужчина, на что та только недовольно зыркнула в его сторону.
— А как ещё её научить самостоятельности по-твоему? — повысила голос женщина, её нейтральный настрой окончательно превратился во враждебный.
— Самостоятельности? — девушка ухмыльнулась, закатывая глаза. — Мама, если ты конечно не забыла, то я шесть лет училась заграницей. Чего-чего, а самостоятельности у меня хоть лопатой греби и в вагоны грузи.
— Ну да, конечно, — согласие совершенно не звучало таковым, а наоборот: как издёвка и упрёк в абсолютно глупом утверждении.
Прошло ещё несколько минут, за которые, как Ми Ён, так и её мать, успели сказать друг другу пару ласковых. И всё бы ничего — не впервой, но во время очередной перепалки госпожа Шин пошла на крайние меры. Спор пришёл не к самой приятной для Ми Ён теме — её прошлом, в особенности о годах в Англии. Она не любила говорить об этом, но из-за слов женщины девушке пришлось вновь вернуться в те воспоминания.
— Пусть ты и жила целых шесть лет одна, — госпожа Шин сложила руки в замок на груди и стала нервно перебирать пальцами, — но ума так и не набралась, я погляжу. Ещё и постоянно ноешь из-за Дрэйка.
— Его-то не впутывай! — девушка сорвалась на крик, но внутри неё что-то наоборот будто сжалось.
— Ещё как буду, — хмыкнула мать, — те события держат тебя, не дают идти дальше. Ты зависима от этого! Вечно всего боишься, никого к себе не подпускаешь. До конца жизни так одна и останешься!
— А это тебя уж точно не касается! — брюнетка стала ощущать, как её руки понемногу начали дрожать, а голос срываться. Девушке однозначно не нравилось то, к чему клонит её мама. — И ни от чего я не зависима!
— Ну давай посмотрим, — женщина развернулась и, не обращая внимания на попытки мужа остановить её, уверенно зашагала в комнату Ми Ён.
Девушка не понимала, что она задумала, но её это настораживало. Женщина вернулась всего через пару мгновений и одним своим видом заставила девушку испытать испуг. В руках госпожи Шин была та самая рамка с фотографией, которой брюнетка так дорожила. А так как взгляд матери не предвещал ничего хорошего, Ми Ён стало действительно жутко.
— Ч-что ты делаешь? — она запнулась в начале фразы, попытавшись подойти ближе.
— Я так и знала, что найду что-то такое, — женщина повернула фотографию к себе и стала внимательно разглядывать её и с каждой секундой её лицо искривлялось всё больше. Она злилась, — такая радостная. Сейчас тебя так просто не заставишь сфотографироваться с кем-то.
— Что ты задумала? — переформулировала вопрос Ми Ён, сделав ещё один шаг вперёд и протянув руку. — Отдай.
Женщина ловко увернулась и отвела рамку в сторону.
— Ты что, не понимаешь, что вот ЭТО мешает тебе?! — её голос стал мягче, но интонация была всё такой же.
— Да в чём же? — девушка даже топнула ногой по полу от злости и безысходности, ведь против матери она не могла ничего поделать.
— Ты всё ещё не смирилась с его смертью и винишь себя! — госпожа Шин со злостью сжала предмет у себя в руке. — Ты не можешь двигаться дальше из-за него! Ну ничего… я помогу тебе покончить с этим.
Пока девушка пыталась осознать сказанные матерью слова, та не стала ждать ответа и просто сделала то, что задумала.
— Мама, нет!
Осколки стекла разлетелись вдребезги, а сама деревянная рама сломалась пополам. Девушка с подступившими слезами подбежала к матери, но та одним движением оттолкнула дочь. Брюнетка упала на пол рядом с разбитым ранее сокровищем. Госпожа Шин не стала довольствоваться этим. Её каблук окончательно раскрошил хрупкую конструкцию фоторамки, а сам снимок внутри не просто помялся, но и порвался в некоторых местах.
— Дорогая, зачем ты это делаешь? — отец попытался остановить женщину, но и его силы не хватило — она была слишком решительна.
— Мама, зачем? — Ми Ён начала терять контроль, чувства отчаяния и злости смешались, и девушка не смогла сдержать слёз, которые уже безостановочно катились с её глаз. — За что ты так со мной?