А Роме в этот самый момент снился отец, который стоял на железнодорожном вокзале города Курска и приветливо улыбался сыну.
В один из тех теплых дней, какие время от времени радуют жителей Москвы в первой половине октября, когда залитые мягким солнечным светом клены и тополя украшают парки и улицы большого города пышным золотом своей увядающей листвы, воспоминания о недавно ушедшем лете еще так свежи и очень хочется, чтобы осень с ее холодными дождями и промозглой сыростью вступила в свои права как можно позже, а лучше бы не приходила вовсе, восьмилетний Рома Лапин, в сопровождении мамы, радостно улыбаясь, вышел из школы. Мама забрала его задолго до окончания продленки, это было и приятно, и несколько необычно – мама часто опаздывала к строго обозначенному времени, и Рома покидал группу продленного дня последним под неизменные жалобы учительницы:
– Светлана Константиновна, я очень вас прошу забирать сына вовремя…
Бывало, он и вовсе ждал маму, скучая на лавочке возле стола, где обычно сидел школьный охранник.
А вот сегодня даже на обед не успел сходить… Ну, это и хорошо, не очень-то и любит он школьные обеды. Мама готовит намно-о-ого вкуснее.
– Сегодня ты кое с кем познакомишься, – загадочно сообщила Светлана, когда они сели в машину. Рома всю дорогу пытался узнать, с кем, но мама каждый раз говорила: – Потерпи, и сам все увидишь.
– Мам, можно я немного покачаюсь на качелях? – попросил Рома, когда они въехали на огороженную решетчатым забором территорию недавно построенного жилого комплекса в районе Красной Пресни. Светлана посмотрела в сторону детской площадки – на одной из лавочек сидела знакомая женщина из их же подъезда, рядом с ней в песочнице ползал и делал куличики ее сынишка – крепкий розовощекий карапуз.
– Иди, покачайся, – разрешила Светлана. – Только с площадки никуда. Я через полчаса за тобой приду.
– Ладно, – обрадовался Рома и побежал к качелям, а Светлана закрыла машину и спокойно направилась домой.
Она часто отпускала сына на детскую площадку одного – кругом все свои, а территория ЖК имеет круглосуточную охрану, с улицы просто так сюда не зайдешь. К тому же из окон их квартиры на втором этаже детскую площадку хорошо видно. Она зашла в квартиру и по привычке глянула на часы, висящие в кухне – половина третьего. Отлично, время еще есть, пусть Ромка погуляет, а она как раз испечет яблочный пирог. Тесто приготовлено заранее, осталось порезать яблоки, и можно ставить в духовку. Она выглянула в окно – соседка с карапузом на месте, сын качается на качелях.
«Все хорошо, все хорошо…» – пропела Светлана и достала из холодильника яблоки.
Вперед-назад, вверх-вниз – качели, ритмично поскрипывая, раз за разом уносили Рому в лазурное безоблачное небо, а он изо всех сил старался раскачаться еще сильнее, чтобы на огромной скорости пролететь совсем рядом с землей, затем подняться как можно выше, увидеть двор с опасной высоты, опуститься и снова взмыть в небо. Во время очередного пролета он заметил, что соседка тетя Катя встала с лавочки, забрала своего карапуза из песочницы и они отправились домой. Вот и замечательно – теперь можно попрыгать и попытаться установить новый мировой рекорд. Главное, чтобы мама из окна не увидала, она его за эти прыжки всегда ругает – однажды так неудачно слетел, что чуть ногу себе не сломал.
Рома затормозил и слез с качелей, собираясь провести по земле черту, которая станет первой его сегодняшней целью. И вдруг обратил внимание на человека, который стоял недалеко от их подъезда и смотрел прямо на него. Роме это не понравилось. А человек вдруг криво улыбнулся, махнул рукой, направился к качелям, и чем ближе он подходил, тем страшнее Роме становилось – во-первых незнакомец хромал, во-вторых, опирался на палочку, а лицо… с ним-то что? Почему такое страшное лицо?
Шаг, еще шаг, вот он совсем близко… У Ромы от ужаса пересохло во рту.
– Здравствуй, – низким, немного хриплым голосом сказал человек, подойдя к качелям. «Что он от меня хочет?» – затрепетал Рома, а его ноги, еще недавно легкие и невесомые, налились чем-то очень тяжелым и перестали слушаться. Он начал задыхаться, перед глазами все поплыло, он хотел закричать, позвать на помощь маму, но язык едва ворочался, и выговорить получилось только что-то нечленораздельное. Зато мысли в его голове были на удивление четкими и ясными – сейчас этот страшный человек его заберет, наверное, чтобы потом убить, и Рома никогда больше не увидит своих маму и папу. Он даже вспомнил, как в первом классе учителя их предупреждали: ребята, если вы вдруг оказались одни и к вам подошел незнакомец, начал о чем-нибудь расспрашивать или предлагать куда-то с ним пойти, ни в коем случае не разговаривайте, бегите домой, а если дом далеко – громко кричите и зовите на помощь.
Но как кричать, если кричать-то не получается, и куда бежать, если ноги больше не ноги?
