Взяв из моей руки бокал, Бестужев подставил мне локоть, намереваясь, по-видимому, совершить со мной прогулку по длинной анфиладе. А мне в глаза бросилась странная татуировка на его кисти: ближе к большому пальцу был наколот отвратительный паук. Точнее, сама по себе татуировка, может, и не отвратительная, но я пауков с детства терпеть не могу.
- Ошибки молодости, - прокомментировал мой взгляд Эдуард Бестужев.
Ну, ошибки так ошибки. В конце концов, не моё это дело. Если мужчина своевременно не удалил эту «ошибку», значит, особо она ему и не мешает.
- Шампанского? – спросил он, остановив одного из снующих в толпе официантов.
- Лучше воды, если можно.
Эдуард Бестужев вернул бокал с коньяком на поднос и вручил мне другой, с минералкой и долькой лимона.
Вообще-то хотелось сока, но, вовремя вспомнив об угрозе испортить платье, благоразумно выбрала меньшее из зол. Всё-таки платья - это, конечно, хорошо, но я уже начала тосковать по своим любимым джинсам. С ними меньше беспокойства, меньше того, что отвлекает внимание. Зато больше свободы и уверенности в себе. И положа руку на сердце: ну, какая из меня дама? Я обычная девочка, которую, наверное, перепутали в роддоме, и сейчас она не вписывается ни в свою семью, ни в окружение.
Мы неспешно продолжили с Эдуардом прогулку по интерьерам Дворянского собрания, которые многие присутствующие как раз активно использовали в качестве локаций для селфи.
- Я хотел тебя поблагодарить, - сказал мужчина, увлекая меня вдоль анфилады.
- За что же?
- За то, что сопроводила Аскольда на деловой встрече, - ответил Бестужев-старший.
А я, наивная, думала, что это было свидание. Выходит, деловая встреча.
«А как ты хотела? – снова отозвался внутренний голос. – Договорной брак не предусматривает свиданий».
Проигнорировав непрошеного комментатора, я сделала глоток минералки. Не хватало ещё пускаться в дискуссии с самой собой. А вот слова Эдуарда Бестужева прозвучали как-то двояко.
Почему-то показалось, что благодарил он не за составленную Аскольду компанию тем вечером, а за хорошее поведение во время ужина с деловыми партнёрами. Наверное, встреча была действительно важной, и, успев уже, познакомиться со мной в платье от «нового итальянского дизайнера», будущий свёкор, должно быть, ожидал с моей стороны неприятностей.
- Что вы, Эдуард, - беззаботно отозвалась я, - мы ведь практически уже одна семья, и наши внутрисемейные интересы должны совпадать.
- Я рад, что мы поняли друг друга, - ответил мужчина, подтверждая тем мои догадки.
Ага, поняли да не совсем.
- Ну, вообще-то, Эдуард, - я остановилась и, вынув руку из-под его локтя, повернулась к будущему свёкру, - раз уж речь зашла о семейных интересах, у меня тоже есть некоторые пожелания по поводу отношения ко мне супруга.
Бестужев глядел на меня испытующе, с хитрецой.
- Я слушаю тебя очень внимательно.
- Вы же понимаете, Эдуард, что я не Иисус Христос, чтобы подставлять вторую щёку, и не бедная родственница, чтобы бессловесно терпеть пренебрежение. Но так как теперь мы одна семья, уверена, с вашей помощью, мы с Аскольдом тоже решим наши семейные проблемы цивилизованными методами, не так ли?
Глядя в глаза этого мужчины, я не могла с уверенностью сказать, проникся ли он моей просьбой. Его взгляд, конечно не был таким же холодным и пустым, как у Бультерьера, но и свои эмоции господин Бестужев-старший умел мастерски скрывать.
- Разумеется, Ася. Будь спокойна, я поговорю с ним, - наконец вынес вердикт мужчина.
- Я рада, что мы поняли друг друга, - повторила я им же произнесённые до этого слова, - ведь иначе мне пришлось бы искать помощи в другом месте. А это не способствует плодотворным семейным отношениям.
Эдуард Бестужев как-то криво усмехнулся, но глаза его по-прежнему оставались бесстрастными.
Я же слегка опустила голову в почтительном кивке. Осталось присесть, придерживая юбку, и получился бы реверанс из романа Льва Николаевича, в наше время – явный перебор и ребячество. Поэтому, просто улыбнувшись будущему тестю, я развернулась на каблуках и оставила его в одиночестве.
Аутфит* - образ, который создается с помощью хорошо сочетаемых друг с другом вещей: одежды, обуви, аксессуаров.
Камербанд** - широкий пояс для талии, который часто носят со смокингом или фраком.
Провaнс*** - историческая область на юго-востоке Франции, ныне составляющая часть региона Прованс — Альпы — Лазурный берег.
Далее вечер шёл по накатанной. Вместе с собравшимися в фойе гостями я смогла насладиться прелестной выставкой бальных афиш и аксессуаров начала прошлого века, представленной Санкт-Петербургским музеем истории города. Как известно, балы в Петербурге до революции давали чуть ли не каждую неделю. Среди представленных плакатов были бал “Весна”, бал княгини Голицыной, “Осенний Вальс”, “Мелодия лета” и даже благотворительный бал «Общество вспоможения рабочих». Последняя афиша особенно заинтересовала Аскольда. Он вглядывался в одного из нарисованных амуров, пытаясь установить, что тот держал в руке - микрофон или телефонную трубку.
