Она быстро подошла к Дану. Видно было, что ей неловко вырывать у него из рук блокнот, но именно это ей и хотелось сделать. Дан отдал его сам.
— Еще раз прости, — вздохнул он. — Я пробежался глазами всего по паре стихотворений. И это — очень хорошее. Почему ты не показывала его?
Бёль от природы достаточно бледная, поэтому румянец у нее на коже проступает особенно ярко. Она смущенно забрала блокнот и прижала к себе, словно там есть что-то незаконное.
— Просто… не была уверена, — очень тихо ответила она.
Дану стало немного стыдно. Творчество — тонкий и очень личный процесс, особенно, когда ты в позиции ученика. Логично, что она не все хочет ему показывать. Какие-то строчки она не захочет обсуждать, потому что они ей особенно нравятся, она не хочет ничего в них менять, или просто — мечтает когда-нибудь спеть сама, а не отдавать группе. Не Дану ее судить. Но делать вид, будто он их не видел, уже поздно.
— А зря. Эти строки про влюбленность очень крутые. Если созреешь на ними поработать — скажи. Мне кажется, получится хорошая песня.
Бёль послушно кивнула. Она на Дана даже не смотрела, что его огорчило. Он не должен был листать чужой блокнот без разрешения — это просто некрасиво. Меньше всего он хотел бы, чтобы его ученица перестала ему доверять. Понимая, что работать сейчас не получится, он предложил:
— Хочешь чаю? Я сделаю.
— Я… можно, я пойду? — внезапно спросила она, — Девочки уже собрались в зале, мы снова можем репетировать.
Дан болезненно поморщился: ну вот, напугал ребенка.
— Хорошо. Еще раз извини.
— Ничего, — заверила его Бёль, поспешно закрывая свой ноутбук, — Все в порядке, просто… скоро камбек.
Она подхватила с дивана сумку и практически выбежала из студии, зажав ноутбук с блокнотом подмышкой. На столе остался лежать телефон Бёль — яркий чехол, какие-то милые игрушки, прицепленные к нему. Дан тяжело вздохнул, встал и пошел отдавать забытую вещь. Когда он вышел в коридор, хлопнула дверь в комнату практик Pearl Gang. Дан не спеша дошел, вежливо постучал — мало ли, — выждал пару секунд и открыл дверь. У дверей тут же возникла Миён.
— Бёль забыла, — Дан протянул смартфон.
— Спасибо, — мило улыбнулась та, вырвала телефон у него из рук и хлопнула дверью прямо перед носом.
Вежливость и Миён — вещи слабо совместимые, в этом Минсок прав. Но препираться Дан бы не стал, поэтому развернулся и пошел обратно в студию. Обидно, что не получится поработать над тем текстом… ну и ладно, у него есть и другие дела.
На следующий день Бёль извинилась за свое поспешное бегство. Сказала, что в тетради были очень личные стихи, которые она пока не готова кому-либо показывать. Дан тоже извинился. Он сам не любит, когда кто-то берет его блокнот с текстами, а уж заметки на телефоне — вообще запретная зона. Конфликт на этом можно было считать исчерпанным
И все же Бёль за весь январь так и не пришла к нему обсудить музыку. Это расстраивало. А Минсок, когда Дан ему рассказал об этой ситуации, назвал его идиотом. Грубовато, но спорить Дан снова не стал.
Когда парни вернулись, занятость Дана резко возросла. Они выступили на еще одной корейской премии, но это казалось мелочью на фоне подготовки к Грэмми, сольному дебюту и нескольким рекламным коллаборациям.
Когда Дан только начинал сотрудничать с Gentle Monster, он знал, какова цель «дружбы» с брендом: именная коллекция. Поэтому, несмотря на загруженный график, он принял желанное предложение и даже обсудил стиль и упаковку коллекции. Договорились о тройном сотрудничестве — с участием Bulgari. После событий первого января выход коллаборации мог сорваться — так казалось Дану — но нет, даже корейский Gentle Monster не посчитал, что все эти сплетни как-то порочат честь Дана.
Держаться линии «короля эльфов» Дану посоветовала Юна. Теперь это был его узнаваемый образ, прекрасно сочетавшийся и с музыкой, и с модой, и с косметикой. Gentle Monster добавили в эту эстетику немного стиля самого Дана, с его любовью к официально-расслабленной одежде. В январе были готовы образцы очков — всего девять моделей, от безумной эльфийской полумаски до лаконичной металлической оправы.
Начали съемку промо для рекламы коллекции. Сниматься пришлось преимущественно на зеленом фоне, но с масштабными декорациями. Сначала Дан как будто работает за компьютером (в очках, разумеется), но потом как его окружение, так и его очки постепенно начинают меняться. Он встает с кресла, чтобы с удивлением осмотреться по сторонам — вокруг как будто вырос лес — а садится уже не в офисное кресло на колесиках, а на эльфийский трон, словно сплетенный из веток деревьев. Трон сразу сделали добротным, потому что он, то есть трон, полетит в Рим. Там в честь выхода коллекции откроют pop-up бутик Gentle Monster, оформленный в сказочно-эльфийском стиле. Открытие магазина и выпуск рекламы, разумеется, случится после Грэмми и перед выходом первого сингла Дана, чтобы привлечь максимум внимания.
