Когда в доме овдовевшего миллионера Ника Валентайна появилась новая няня, он решил, что это подарок судьбы. Кендейс не только хорошо заботится о маленькой Дженни, но и пробуждает в нем сильные чувства. Однако ее интерес к его дочке с каждым днем кажется ему все более подозрительным…
Домой — значит, к Дженни.
Уставившись на блестящую черную дверь, Николас Валентайн глубоко вдохнул. Медный дверной молоток в виде головы льва — один из немногих старинных предметов, которые он выбрал для своего современного трехэтажного дома в Окленде.
Проигнорировав молоток, он набрал код на встроенной в стену панели, и тяжелая дверь автоматически открылась.
Убрав в карман ключи от своего «феррари», Ник вошел в дом. Каррарский мрамор в холле высотой в два этажа мерцает под лампами, которые освещают три абстракции на стене напротив входа. Ему следовало бы радоваться, что он вернулся домой. Что может наконец отдохнуть после нескольких месяцев, прожитых как на вулкане.
Но после утомительного перелета через несколько часовых поясов ему не до этого. Он хочет принять душ и лечь спать, но сначала ему нужно зайти к Дженни.
Он должен это сделать, несмотря на сомнения, которые у него возникают, когда он на нее смотрит.
Ник остановился у подножия лестницы из белого мрамора, ведущей наверх. Подавив в себе желание пройти в гостиную и устроиться на диване перед телевизором, он поставил ногу на первую ступеньку.
Он не видел Дженни почти месяц, но его не гложет чувство вины.
Как это возможно, чтобы он мастерски управлялся с огромной компанией с многомиллионным оборотом и несколькими сотнями сотрудников, но боялся собственной дочери? Разумеется, он никому никогда не скажет о своем страхе.
Поднявшись по лестнице, Ник оказался на площадке, проходящей по всей длине здания. По правую сторону от него находятся две огромные спальни, по левую — четыре маленькие, одна из которых переоборудована в детскую. Площадка перед четырьмя спальнями расширяется, превращаясь в зону отдыха в черно-белой цветовой гамме с вкраплениями светло-желтого и фисташкового цветов.
Ник помедлил. Обычно здесь идеальный порядок, но сейчас безукоризненный интерьер нарушают незнакомые желтые и розовые пластиковые коробки. Стеклянный кофейный столик сдвинут в сторону, а на его привычном месте между двумя диванами в форме буквы «S» на белом шерстяном ковре валяются яркие кубики с цифрами.
Какого черта?
Ник недоуменно покачал головой. Должно быть, его сестра Элисон решила развивать у Дженни математические способности. Но за время его отсутствия его дочь явно не могла научиться считать. Ведь ей всего шесть месяцев.
Дверь в детскую приоткрыта. Толкнув ее, Ник вошел внутрь. Комната оказалась пуста. Пройдя мимо плюшевых медведей, сидевших за игрушечным столиком с чайной посудой, он остановился у высокого окна с видом на бассейн и безупречно подстриженный газон, простирающийся до утесов на берегу Тихого океана. Ни малышки, ни ее пожилой няни, имя которой он забыл, он не обнаружил.
Он посмотрел на часы. Уже пять. Насколько он помнит, в это время Дженни обычно ужинает. Почему ее нет дома? Сейчас экономка миссис Басби получит от него строгий выговор.
На кухне с суперсовременной техникой из хромированной стали миссис Басби не оказалось. Раздраженный, Ник позвонил в колокольчик.
Через минуту миссис Басби вышла из двери, за которой находятся комнаты персонала. Увидев его, пожилая женщина поправила воротничок платья.
— Простите, мистер Валентин. Я не знала, что вы уже дома.
Ник не стал ей говорить, что поменял билет.
— Где Дженни? — спросил он, не церемонясь.
— Кендейс повела ее в парк. Вы можете позвонить ей на мобильный. — Экономка поспешила к столику с ящиками. — Сейчас я вам дам но…
— Подождите! — Брови Ника сошлись вместе. Няню точно зовут не Кендейс. Он бы не забыл это имя. — Кто такая Кендейс?
— Новая няня, — смущенно ответила миссис Басби после небольшой паузы. — Неужели миссис Тиммингз не поставила вас в известность?
Новая няня? Нет, его сестра о ней не упоминала.
— А что произошло с…? — Он тщетно пытался попомнить имя прежней няни.
— Когда Дженни заболела, Маргарет уволилась, — поспешно объяснила ему миссис Басби.
Ник напрягся:
— Дженни больна? — Элисон ничего ему не говорила. — Что с ней?
— Во время болезни за ней ухаживала Кендейс. Сейчас ей намного лучше. — Пожилая женщина неловко посмотрела на него. — Миссис Тиммингз не велела мне вас беспокоить. Она решила, что будет лучше, если вы все узнаете по возвращении.
Ник плотно сжал губы, чтобы не выругаться. Миссис Басби не виновата, что ему ничего не сообщили.
— Я поговорю со своей сестрой.
Экономка успокоилась, и ее черты смягчились.
— Что мне вам приготовить, мистер Валентайн?
Направляясь к двери, ведущей в холл, Ник небрежно махнул рукой:
— Я поел в самолете. — Увидев, как расстроилась миссис Басби, он сжалился над ней и добавил: — Впрочем, я бы не отказался от вашего фирменного омлета. Но сначала дайте мне номер няни. Я буду в гостиной.
Услышав в третий раз «абонент не отвечает или временно недоступен», Ник решил, что няня отключила телефон. Найдя в списке контактов номер своей сестры, он позвонил ей.
