Центр обработки волшебства полностью

Давным-давно на этом месте был древний океан, затем он почему-то высох. Видать ему тоже не повезло. Потом здесь упал невезучий метеорит, заложив в недра светящиеся и рыжие руды. Ведь он мог пролететь мимо, а не смог, упал таки. Прям сюда и плюхнулся. Затем на бывшем морском дне раскинулось обширное непроходимое, и вероятно, навсегда проклятое болото. Болото, оно болото и есть – вонючее, чавкающее и зеленое.

Посреди этих гиблых плесин и вековых чащоб и буреломов, в самой середке туманной трясины каким-то чудом сохранился небольшой остров, а на нем курган-могилка кого-то совсем уж древнего – не то дракона, не то принцессы. Остров небольшой, но выпуклый. Вот на нем-то и был построен замок волшебной службы спасения болота. Кто его создавал все запамятовали, а все потому что века миновали.

Этот каменный форт чернел в предутренней дымке, нагоняя непонятной жути на местных жителей. К нему вели гати и настилы, по которым сказочные существа ходили на работу.

В самой верхней и красивой башне метались тени, там заседал местный князь Вадим Ведающий, он все время думал о том, как бы этому замку не развалиться на камушки и не рухнуть в тартарары. Еще он иногда спускался в казематы, где хранились небольшие груды золота. Два раза в лунный месяц он брал выдранное из надгузья живого гуся волшебное перо и, макнув его острым краем в кровавые чернила, подписывал свиток-указ, который приносил ему главный дьяк Феодорович – человек умный и волшебный виртуоз немалый. Он бывало, так витиевато нацарапает буковками да рунами по свитку, что человек может предстать настоящим героем – хоть прямо сейчас медаль на грудь вешай, а то и тот же самый оболтус может выйти дурак-дураком. Все от него зависело. Так вот его светлость Вадим собственноручно подписывал этот сказочный свиток и золото волшебным образом перемещалось в кошели на поясах всех существ, населяющих замок.

Если звякнуло монетками, значит пришло…

Заведовали казначейскими запасами замка эльфийки-бухгалтерши во главе с тетей Валентайн. Она хранила главную замковую печать, прятала в шкафчиках, дышала на нее, оттисками княжескими свитки скрепляла. Важная дама в общем.

И вот что интересно! Некоторые груды золота были призрачными. Они мерещились в сокровищнице и как бы были, но на самом деле их там не было и назывались они дьявольскими именами – «лимитами и бюджетными обязательствами»!

Тратить сие золотишко можно было и даже нужно, но потрогать руками никак. От этого обстоятельства многие местные бояре сходили с ума и выли по ночам в других башнях замка на Луну, а то и в пыточных на самом нижнем ярусе древнего каземата на пробегающих мимо пауков. Ну, это если Вадим так решал…

Кстати, деньги те наколдовывали Хозяева, это такие серые учредители всего сущего, которые притворялись добрыми, либо злыми. Это в зависимости от обстоятельств или удобства. Многие думали, что они с другой планеты либо боги. Возможно, все-таки они были ближе к богам, но люди. Хотя после того как некоторые персонажи начинали чувствовать себя Хозяевами и учредителями всего сущего, многие разводились со своими лешими, а кое-кто даже со своими кикиморами. Значит все-таки боги они были или полубоги, а на крайний случай нелюди. Этих великих посвященных редко кто вспоминал без упоминания болотного, не всегда разрешенного лексикона кикимор. Там, у них свои чудеса водились, похлеще наших, между прочим, но описывать их не стоит. Скажу одно, назывались они шибко страшно, мракобесно как-то…

Что слово это означало, только древние колдуны знали, да и те умерли, но Хозяева себя величали…

Мужайся люд обыкновенный! Помолись на лампадку, ежели есть такая поблизости. Сейчас назову…

УР…

Да нет же!

УРТЫ…

Да нет! Не так!

УР-ТЫ-ЗЫ-ЭН или даже ЁР-ТЫ-ЗЫ-ЭН.

Вона как! Это видать по-басурмански либо по-дьявольски. А вот их вассалов презрительно кликали не то ВЕДАМИ, не то ПОДВЕДАМИ…

Вот и служба спасения болота числилась в «подведах» тех.

Но были и другие. В замке ведь народу, как муравьев в муравейнике.

У Вадима нашего замещающий посадник был. Это когда князь в теплые страны подавался или похворать в тишине – он замещал. Его высокоблагородие Владимиром Санычем величали. На вид симпатичный, неунывающий, наивно верящий в то, что когда-нибудь на древней реке Тобол проходящих мимо купцов подобающей данью обложат и тогда, он сможет списать старинные колокола оповещения, построит новейшую волшебную систему матюгальников и даже возведет аномально-противный комплекс «Бестолковое Городище»…

Видать, наивный он, что поделаешь…

А на Руси мечтатели, отродясь с крыльями с колоколен прыгали.