– А куда мы идем? – Вася стал расстегивать рубаху.
– На кладбище.
– К родным?
– Да.
Вася вспомнил о могилках своих родителей. В последний раз он был у них несколько зим тому назад, когда уснул в кузове грузовика и приехал в родной город. Оборвав с клумбы, возле администрации, несколько цветов, он воздал родителям должное. Помыл фотографии, прополол полынь, посидел маненько и ушел. Кладбище, неотъемлемая часть города, иначе говоря, это будущее каждого из его жителей. Рано или поздно, не зависимо от званий и регалий, заслуг и наград, все мы будем там. Вася шел, гордый за друга, за его не явную добродетель.
– Перелезем здесь, – Петр остановился возле кладбищенской общей ограды, – осторожно на иглы не сядь.
С божьей помощью, преодолев высоту и пики, друзья оказались на той стороне жизни.
– Тихо как, – поежился Вася.
– Так и должно быть…, – Петя внимательно посмотрел по сторонам, – и ты не шуми, а то ВОХР прибежит.
Сделав пару шагов в одном направлении, затем в другом, Петя остановился как богатырь перед камнем. Три дороги, расходились из одной точки, приглашая за собой.
– Забыл? – спросил Вася.
– Склероза еще нет, – Петя достал сумку, – ты собирай ягоды, а я тут поброжу немного. Если что кричи.
Сказав он резво пошел вглубь. Вася огляделся. Действительно, рядом с забором и возле могил росла малина. Сочные стебли, мясистые ягоды, не чета дачным, манили. Раскрыв свой баул, Вася как заправский крестьянин, стал собирать урожай. Кинув несколько ягод в рот, Вася поразился сладкости алой малины. Словно кусочки тончайшего мяса, она таяла во рту, растекаясь по горлу соком. Остановившись возле одной из могилок, Вася сел на скамеечку. С фотографии на него смотрела совсем еще девочка. С радостной улыбкой, озорными косичками, живыми глазами и грустной эпитафией.
– Ушла но не забыта, – стал читать Вася, – злодеями убита…
Дальше Вася читать не смог, его глаза стали заволакиваться слезами. Вытерев наскоро рукавом, он стал есть собранную ягоду. Предметы стали слегка терять четкие очертания. Солнце почти село за горизонт. Легкий ветер шевелил кусты малины. Позади раздались шаги. Кладбище оно и есть кладбище, будь Вы смелы или нет, все равно ощущение, или даже ожидание страха присутствует. Вася Медленно оглянулся. Из кустов, пустыми глазницами, на него смотрел темный череп.
– А! – Вася вскочил и уже собрался бежать.
– Тут такого добра навалом, – вышел Петя с черепом в руках, – ягоду собрал?
– Вот, – Вася протянул сумку.
– Хорошее место, – Петя раскрыл и предъявил свою суму, – хлебное.
Заглянув в нее, Вася увидел печенье, конфеты, куски колбасы.
– Выпить тоже есть, – Петя похлопал по карману.
– Ты…, – Вася не знал, как спросить.
– Успокойся, – Петя застегнул сумку, – эти есть не будут, а птицы обойдутся.
– А…, – Вася несколько раз открыл и закрыл рот.
– Вернемся, отдадим, – Петя пошел к забору, – ты идешь или остаешься?
– Иду, – Вася положил на столик возле девочки, жменю красной ягоды.
Назад всегда идется быстрее, поэтому в город ребята вошли не успев устать.
– Еще в одно место сходим, – Петя повернулся к Васе, – и к командиру.
– Опять на кладбище?
– Увидишь, – Петя взял сумку другой рукой, – тут не далеко.
Пока Вася гадал, куда они идут, Петя уже остановился.
– Зоопарк, – прочитал Вася.
– Здесь у меня НЗ, – сказал Петя, просачиваясь под воротами.
Михаил Антонович собирал чемоданы. Памятуя, что в Узбекистане тепло, он прихватил несколько халатов покойной супруги. Цветные в цветочек и груши, с поясами, они, по его мнению, должны были выступать в качестве маскировки. Рубахи, спортивные рейтузы, носки, майки…станок для бритья, ножницы…нитки…В самый низ он положил карты, компас, партийный билет, награды и фронтовые фотографии. Сложив в кошелек всю наличность, он не долго думая сунул его в холодильник.
На кухонном столе жались друг к дружке колбасные кружки. Сыр, толстый, как для мышеловки, лежал россыпью. Банка с толстыми, солеными огурцами погруженными по шею в рассол, расположилась в центре натюрморта.
В дверь позвонили. Михаил Антонович посмотрел в глазок.
– А вот и мы, – Петя поставил на пол две сумки.
– Я уже почти все собрал, – старик закрыл за гостами дверь, – остались мелочи…зубная щетка…помазок…
– Можно мы у Вас свои вещи оставим, – Вася показал Михаилу Антоновичу, свой рюкзак и скатку Пети.
– Пальто почти новое, – Петя скинул боты и с сумками в руках пошел на кухню, – воротник ценный.
Старик взял ценный груз, подумал, после чего отнес в комнату.
– А это что? – показал он пальцем, когда Петя вытащил за ноги непонятное существо.
– Это? – Петя гордо выпрямил спину, – это ежик…и японская цапля.
Одно и второе тело со стуком грохнулись о стол.
– Ежа давно хотел попробовать, – Петя взял его за лапу, – говорят в ресторанах жрут. А цапля…говорят в красной книге, вкусная больно.
– У нас еще и малинка есть, – Вася ссыпал из сумки в тарелку собранные плоды, сунул один в рот, – сочные.
– Отметим по-людски, – Петя вытащил из кармана бутылку из под кока колы.
– Мы ежей даже в войну не ели, – старик смотрел на добычу.
