Леонид отдал мне изолирующий противогаз и четыре комплекта регенеративных патронов. Этого должно хватить почти на две недели. Мы предполагали, что будут выкуривать. На Плешивого противогаза не было, но медвегрызу было достаточно просидеть просто до ночи и тогда я мог отдать приказ, чтобы он сбежал. Не думаю, что там есть кто-то, кто сможет остановить моего красавца, а вот я с ним убежать наверняка не смогу, поэтому все прелести осады должен буду пережить в закрытом помещении древних руин.
Огонь горел, а любители подкоптить нахальных трелей сильно обзывались, и думаю, на ближайшее время будут заняты и ещё некоторое время будут в задумчивости что со мной делать, а я натянул обзорную маску противогаза и активировал регенеративный патрон и руну на артефакт на стволе штурмового комплекса, отданного Василием и скинул куртку, чтобы не подгорела, а плотный комбинезон на небольшое время вполне защитит от огня.
Аборигены не видели моего медвегрыза, поэтому светить его не хотел. Вдруг придется реально прорываться, и тогда выскочивший теневой зверь в тонну может быть аргументом, чтобы пробить мне дорогу. Вытащить Захватчика и открыть огонь не представлялось возможным. Две батареи имели огромный резерв, но выдавали совсем не большую пиковую мощность. Обычно, в таких машинах к батареям есть накопители. Они постоянно подзаряжаются, имеют огромную мощность, когда надо и на время скоротечного боя именно от них питается машина. Батарея может зарядить накопитель, но для этого нужно время и сами накопители, которых в пауке не было. Приходилось выбирать, либо ходить, либо стрелять, либо щиты, и то не все. В таком состоянии машина была крайне уязвима для рун, используемых аборигенами и проще просто бросить, сделав вид, что она просто сломалась, чем аборигены перестанут бояться, победив подобную технику. Обнаглевшие, потерявшие страх аборигены на большой дистанции — это угроза для земной колонии. Проще оставить машину внутри за барьером, чем дать повод для гордости.
Требовался рейд по тылам, но Захватчик нельзя, медведь грыз на резерве, поэтому единственной боевой единицей способный на подобную наглость был я. Активировал руну на свой штурмовой комплекс. Ничего особенного, просто древний камень, надетый на ствол, который ускорял пулю раз в пять. Фактически, моё оружие — это был укороченный Суворов, с такими-же магазинами и боеприпасами, но с меньшей дульной энергией, за счёт укороченного ствола. Зато с доработкой, по словам Василия, он стал раза в три мощнее, хотя терял часть точности. Рунный камень не только ускорял, но и случайным образом смещал пулю, но это ощущалась только на расстояниях больше двухсот метров. Мне столько не надо, поэтому активировал без раздумий.
Закончив с приготовлениями, тихонечко выдвинулся к преграде и выскочил из ревущего пламени. «Сюрприз», — мысленно сказал я, чтобы не демаскировать своего присутствия, и раздал магазин по сидящим метрах в ста пятидесяти от меня аборигенам. Было видно, что пули с рунной доработкой летели не столь кучно, как задумывали конструкторы оружия, зато бодрее, а при попадании вызывали бурю эмоций. Аборигены явно не рассчитывали на мою наглость и то, что я смогу туда-сюда шнырять через пелену. Местных впечатлило, и они всей толпой кинулись карать, а я галопом понёсся к себе. Даже эти пол сотни метров, ощущал как у меня за малым не подгорало. Только фактор неожиданности спас мой зад от прямых попаданий рун. Всё-таки летят они быстро и многие бьют по площадям.
Большинство рун через барьер не проходила, зато очень нехорошие слова пролетали отлично. Местного диалекта не понимал, но зная, что я не полиглот, мне мило дублировали на Едином и по несколько раз. Через преграду с разбегу пыталось проскочить несколько человек, но они мгновенно погибли, а потом грохнул ротор Захватчика и народ перед входом мгновенно рассосался. Наверное, местные решили, что если я резво проскочил преграду, то и они смогут. Нет, точно нет.
Судя по шевелениям и ругательствам, я им подал отличную идею сместить лагерь немножко дальше. Затем сверху прилетели крюки, уцепившись за мёртвые тела, которые валялись почти сразу за преградой, и трупы уволокли. Я не препятствовал. Тут была обоюдная выгода. У меня ничего не воняет, а они смогут устроить пышные похороны и организовать нажористые поминки.
Пока решил немного подождать с вылазками. Когда много хорошо, то потом если что-то поменяется, то будет вдвойне обидней. Поели с Плешивым. Он выполнял мой приказ сидеть в глубине коридора, не высовываться, и ждать пока я его кормить буду. Дождался. Потом немного отдохнули и я не смог сопротивляться своей кипучей жажде деятельности.
