Через семь минут ещё три предметы вылетели из домена и начался новый отсчёт. На эти единицы оружия нам дали час боя, а симбионт доложил, что если противницы ранее следовали моей тактики боя, то всё больше обретают самостоятельность и мне надо быть крайне осторожным. Оружие мы выкинули, поэтому клоунесса и тётка бросились на меня с кулаками. У них были те-же модификации тела на скорость, что и у меня, поэтому только на опыте смог подловить тётку, вдёрнув её за ноздри и пробив в шею, опрокинув на пол. Затем подловил клоуншу, схватив за руки и ударив в живот. Перехватил за подбородок, упал на пол спиной и уперев ноги в плечи, сдёрнул череп. Вскочить, и пяткой в голову поднимающейся тётке, а потом ногой в висок, сминая череп.
Руки, разжимающие следующие предметы оружия сжались и замерли. Испытание было закончено. До открытия следующей тройки оставалось ещё сорок семь минут, но продержаться это время в полном контакте с двумя, ничем не уступающему моему телами было нереально. Тем более, если первое время нужно было только рожи корчить и от летящего говна уворачиваться, то последние удары я получал уверенно, в полный контакт.
Вывалился из овала круга, тяжело дыша и радуя мир целой коллекцией гематом. Я и так вытащил целых шесть предметов. Это в три раза больше, чем всё, что удалось до этого. Мой симбионт однозначно давал только один вариант, что моя совесть чиста. При такой прогрессии самостоятельного поведения у клоунессы и тётки, мне не удалось бы продержаться до следующего открытия рук и выдачи предметов, с вероятностью девяносто девять и девять девяток после запятой.
Почти выполз из овала входа, и меня подхватили, уложив на носилки, а дружная группа медиков добросовестно охала над моими синяками, под внимательным взглядом двух сотен немигающих глаз.
— Ты чудовище, — покачала головой Гадюка, когда несколько человек в костюмах химзащиты укладывали вышвырнутые мной и девицами предметы в бронированные контейнеры.
Пока дрался, в проход набежала целая куча народа, и даже притащили мобильный медблок и установили два гаусс ротора. В меня полетела руна с пальцев подруги, а симбионт сообщил, что меня хотят усыпить и подлечить, я согласен? Да? Нет? Я был согласен и спокойно заснул.
Я традиционно, почти всегда, так случайно получалось, что ночевал у старшегоспециалиста научного отдела. Змеи на голове как обычно не шипели, хотя и внимательно следили. Среди ночи Гадюка вскочила и голяком бросилась к огромному экрану на половину стены. Он включился. На экране стоял Вепрь, а рядом за столом сидел его помощник, который руководил тут всей хозяйственной деятельностью.
Взгляд Рикса прошёлся по обнаженной, взбудораженной подруге, с шипящими на голове змеями, в глубину комнаты на меня, удивленно смотрящего с кровати. По серьезности лица руководителя было видно, что голое тело подруги сейчас не имеет никакого значения.
— Ведение, — коротко одолжилась она.
— Сколько? Сколько времени? — коротко спросил Вепрь.
— Много. Уже скоро.
Кивнули и экран выключился. А дальше мы одевались в прыжке и неслись по коридорам наверх. Выскочили из главного входа в орудийную башню. Нас уже ждало небольшое, но очень скоростное транспортное средство. По дорожке и кабинке на тросе к орудийным башням добирались только пешеходы, а всё тяжелое оборудование, снаряды и припасы привозили грузовиками по длинной и извилистой дороге. По ней мы и мчались к основному блоку, где располагались кабинеты командиров поселения.
Формально я не был подчинённым местного начальства, но ничего не сказал, а присоединился к суете. Меня вводили в курс дела пока рамочно, как я понял, упала какая-то капсула с колонистом, и в самую задницу. А меня, как главного специалиста по выживанию в подобных местах просят о помощи. Мне нужно было срочно выдвигаться и забирать колонистов. Где чего и куда было непонятно.
В кабинете Рикса я увидел пару его помощников, Леонида, Нимфею и Здоровяка.
Вепрь начал без приветствия:
— Архераил, просто пока посмотри на карте. Здесь четырнадцать капсул с колонистами. Здесь грузовой криптор. Есть идеи? — и показал на стену.
Почти всё пространство стен было покрыто экранами, на которых отображались карты территории землян с перемещающимися значками, схемы и цифры хозяйственной деятельности. На экране, который показал начальник, уже без всякого глубокого знания, просто по значкам, было понятно, что дело тухлое. Колонисты упали посреди огромной территории, заросшей очень злобной растительностью, вроде разрывника и населённой не менее злобной живностью. Рикс продолжал рассказывать:
