Смотрю на Никки Круз. Она единственная, кому сегодня невесело. Сидит в гордом одиночестве за одним из столиков. Клянусь, вид у нее такой, что на последнем экзамене она и то показалась бы счастливее, чем на этой свадьбе.
Я подхожу к ней.
— Не пробовала улыбнуться хотя бы разок за вечер? — спрашиваю. — Это же свадьба, а не похороны.
Никки поднимает на меня огромные глаза — словно шоколадные озера. Вокруг темновато, но из-за фонарей в ее зрачках вспыхивают огоньки.
— Люди переоценивают улыбку, — холодно отвечает она.
— Откуда знаешь? Ведь ты даже не пыталась улыбнуться. — Я беру стул, ставлю рядом с ней и сажусь на него верхом. — Попробуй, рискни.
— Отвали.
Явно злится, да еще и старается изо всех сил, чтобы ей стало хуже некуда.
Я кладу руки на спинку стула.
— Ты знала, что улыбка уменьшает уровень гормонов стресса в крови — адреналина и дофамина? Серьезно. Даже фальшивая улыбка поможет. Попробуй.
Она не обращает на меня внимания, и я делаю то, чего не делал уже многие годы, — приставляю ладони рупором ко рту и принимаюсь изображать домашних животных. Начинаю с овечьего блеяния, а заканчиваю впечатляющим «му-у-у-у!». Еще в пятом классе это отлично действовало на девчонок. Они вечно вились вокруг меня в ожидании развлечения, а мне тогда только того и надо было. На парней, которые не умеют развлечь, никто не обращает внимания. А я терпеть не мог, когда меня не замечают.
Да и сейчас терпеть этого не могу. Издаю разные звуки, а сам смотрю на Никки. Ноль реакции.
— Ты вообще нормальный?
— Нормальнее некуда,
Никки разглядывает мои шрамы и хмурится.
— Что случилось с твоей рукой?
— Долгая история с участием меня и змеи. Змея победила.
Вижу: не верит.
— А почему бы тебе не потанцевать вон с той девушкой? — Она указывает на девчонку, которую мне вроде представили как Иветт. Кажется, это одна из детей кузины тети Бриттани или что-то в этом роде.
У нее выжженные блондинистые локоны и искусственный загар. Бриттани упомянула, что она в школьной команде по плаванию и в прошлом году выиграла соревнования штата на двести метров вольным стилем. Тело супер, но не в моем вкусе.
— То есть ты хочешь, чтобы я танцевал с кем угодно, кроме тебя?
— Угу! — Она морщит симпатичный носик, что твоя принцесса.
Пожимаю плечами.
— Как пожелаешь.
Да плевать, в самом деле. Если ей так уж хочется, пусть сидит тут и мучается. Я смотрю на танцпол. Моя тетушка Розалита, которая весит что-то около полутора центнеров, приветственно мне машет. В последний раз, когда мы с ней танцевали, она наступила мне на ногу и едва не переломала в ней все кости.
Я совсем уже собираюсь оставить Никки, не желая тонуть в ее страданиях вместе с ней, когда Алекс хлопает меня по плечу. Оборачиваюсь и вижу рядом с ним доктора Круза, отца Никки.
— Алекс рассказал мне, что ты собираешься после школы поступать в Пердью[28], изучать аэронавтику. — В речи доктора не слышно ни малейшего намека на акцент.
Поднимаюсь на ноги.
— Да, план именно такой, сэр.
— Молодец. Идешь по стопам братьев и усердно трудишься. Я уважаю таких людей.
— Я тоже, — говорит женщина, стоящая позади доктора. Видимо, мать Никки. — Это достойно восхищения. Напористые и амбициозные мальчики многого добиваются в жизни.
Кажется, я слышу фырканье Никки, пока ее родители превозносят мои достоинства.
Доктор Круз гладит девушку по голове.
— Вижу, с моей дочерью ты уже познакомился.
— Вообще-то да и даже пригласил потанцевать, но…
Доктор практически выдергивает Никки со стула.
— Потанцуй с Луисом.
— Я не очень хорошо себя чувствую, — бормочет она.
— Ну же, милая. Хотя бы притворись, что тебе весело.
— Отец, я не хочу веселиться или притворяться, что мне весело.
— Не груби, — одергивает ее мать и подводит Никки ко мне. — Потанцуй с мальчиком.
Предлагаю Никки локоть, чтобы она оперлась на него, но девушка, не дожидаясь меня, гордо выносит свою соблазнительную фигурку на танцпол.
— Удачи! — кричит мне доктор Круз.
Начинает играть быстрая песня, и Никки принимается танцевать — просто так, в толпе людей. Я наблюдаю, как неуклюже она притворяется, что расслабилась, и знаю, что это насквозь фальшиво, — девушка даже не улыбается… даже не хмурится. Она просто… находится здесь, и все.
Стараюсь приблизиться к Никки, танцевать совсем рядом, глядя, как ее тело движется под музыку. Она не то что хорошо танцует… она прямо-таки отвратительно танцует. Но, кажется, не замечает, как смешно выглядит, дергаясь, словно робот, посреди танцпола. И даже глаз на меня не поднимает. На самом деле занимается Никки тем, что переходит из одной группы в другую, чтобы никто не смог претендовать на нее как на партнершу по танцу.
