— Думаю, что у меня есть все, что мне нужно, ваше императорское величество.
— Вы так думаете? Но не уверены, ведь так?
— Так кто знает, что завтра будет? Может, рубль найдешь, а может, сам червонец потеряешь.
— И это говорите вы, провидец? — император весело усмехнулся. — Или правильно: оракул?
— Ко мне это уже не относится, ваше императорское величество. Но вы мне напомнили. У меня к вам есть просьба. Даже две.
— Вы меня просто заинтриговали, Сергей Александрович. Говорите.
— Как вы смотрите на то, если полиции сменить уставные сабли на дубинки.
Император бросил на меня длинный взгляд, потом в две быстрые затяжки докурил папиросу, после чего аккуратно положил окурок в пепельницу.
— В немалой степени очень странная просьба. Вы не находите? Зачем вам это нужно?
— Не мне, а городовым. Им эти шашки нужны так же, как зайцу пятая нога.
— Как вы выразились… Как сравнили… Ха-ха-ха! — отсмеявшись, государь сказал. — Я подумаю. Что еще?
Я залез во внутренний карман и достал изуродованный пулей деревянный ящичек с яйцом.
— Могу я попросить ваше императорское величество помочь мне с еще одним подарком.
Император открыл деревянную коробочку и взял в руки то, что было когда-то пасхальным яйцом. Внутри раздалось металлическое бряканье.
— Что там?
— Пуля и то, что осталось от серебряной фигурки девочки — ангела.
— Пуля попала в пасхальное яйцо, когда вы схватились с мятежниками?
— Да. Подарок я сунул во внутренний карман пальто, где он принял на себя револьверную пулю.
Император бросил внимательно-осторожный взгляд на сломанную игрушку, а потом неожиданно сказал, при этом уже глядя на меня:
— Серебряный ангел спас вам жизнь. Вам это ничего не говорит?
— Говорит, но только о счастливой случайности, ваше императорское величество.
— Как сказать, Сергей Александрович, как сказать.
По задумчивому выражению лица государя мне стало понятно, что он уже связал пулю, серебряного ангелочка и «ангела с железными крыльями» воедино. Император положил исковерканное пасхальное яйцо на стол, а затем нажал кнопку электрического звонка. На пороге появился дежурный офицер.
— Исполните все, что вам скажет Сергей Александрович. Идите, — как только адъютант скрылся за дверью, император вдруг неожиданно обратился ко мне строками из библии. — Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам.
— Это что? — удивленно спросил я его.
— Это? Это строки из Нового завета. От Матфея, — пояснил он мне, но увидев, что до меня опять ничего не дошло, мягко улыбнулся и сказал. — На сегодня все, Сергей Александрович. Идите.
Какое-то время я пытался понять, что может означать цитата из библии, но, несмотря на попытки переложить церковное изречение на нормальный язык, не принесли успеха. Не успел я прийти домой, как раздался звонок. Поднял трубку.
— Сергей Александрович, здравствуйте! — раздался в трубке голос отца Светланы. — Вы тогда так таинственно исчезли. И не телефонируете.
— Здравствуйте, Михаил Васильевич! Извините. Поверьте, были дела, причем, весьма серьезные.
— Верю. Извините меня великодушно, если возможно отрываю вас от важных дел, но мне очень хотелось бы знать, что тогда произошло со Светой. Все эти дни она вся на нервах, напряжена и молчит. Понимаете, я ее отец и мне просто необходимо знать, что происходит с моей дочерью!
— Ничего страшного, Михаил Васильевич. Вы же знаете, что за день был тогда. Матросы, невесть что устроили, да еще кто-то стрельбу устроил. К тому же ее бывший жених бросил ее на улице в разгар этого шабаша. Она вам говорила об этом?
— Да. Только… мельком. Гм. Валентин… Вы знаете, что его тело нашли то ли в казармах, то ли рядом с местом, где располагался Екатерининский полк. Какое горе для родителей! Я ведь его отца с детства знаю! Мы еще… Извините! Так вы считаете, что дочь просто так сильно испугалась?
— Как-то так, — несколько туманно выразился я.
— Даже не знаю… Если только дело в этом… Но вы мне правду говорите? У меня душа не на месте, что-то как-то тревожно.
— Не волнуйтесь вы так! Скоро все придет в норму.
— Знаете, Сергей Александрович, вы толком так ничего и не сказали, а на сердце уже полегчало. И тогда еще один вопрос. Вы сказали: стреляли, а люди говорят, что моряки из Кронштадта на царя пошли?
