— Надо уходить из города, — сказал Двуликий, опускаясь на старую деревянную бочку, держащуюся только за счёт металлических обручей каркаса. — На Аркела вышли не просто так. У них что-то есть на него. Стали бы они по пустякам таскать Цепного Пса. Стало быть засветился наш Аркел. А почему он остался в доме? Почему не пошёл с нами?
— Тебе же сказали, он не хотел подставлять своих слуг, — резко ответила Ежонок.
Но её резкий тон никто не заметил.
— Чушь какая. С чего это гореван станет жертвовать своей жизнью ради летианина. Что будет с летианином? Он ведь ни в чём не виноват. Работал на нечестивого, так откуда он знал, что служит горевану. Переведут в лишенцы, если захотят наказать. А Аркел сейчас для нас главная опасность. Он попал под контроль Цепного Пса, а тот из него всю душу вытрясет. И узнают они, что у старого горевана в последнее время жило много гостей, которые неожиданным образом исчезли.
— Прекрати истерику, — оборвал Двуликого Кейфер. — Аркел нам шанс дал уйти. Если бы летиане заметили его отсутствие, тут же начали бы землю рыть, и не одного бы Пса пригласили, а целую связку. Тут бы мы и попались свеженькие и чистенькие летианам на вертел.
— Аркел Арм никому ничего не расскажет, — глухим голосом произнес Борис. — Он умер. В его разуме стояла охранная система на случай чужого вторжения. Когда Пёс попытался взять его под контроль, его разум был уничтожен изнутри.
Кейфер Дру, Двуликий и Таня посмотрели на него с удивлением. В их глазах читался непроизнесённый вопрос. Откуда ему всё известно в таких подробностях.
— Я почувствовал, — попытался объяснить Борис.
— Как это? — спросила Таня.
Никогда за отцом не наблюдалось ничего подобного, а тут почувствовал.
Борис устало потёр лоб ладонью, пытаясь собраться с мыслями, после поминального эха горевана давалось ему это с трудом.
— В городе Прелата мы видели Плакальщиц… — начал он рассказ.
Он объяснил Тане, что из себя представляют Плакальщицы и почему они заинтересовали его. Таня разделила его любопытство. По её загоревшимся глазам он увидел, что и ей очень любопытно, что из себя представляют эти загадочные Плакальщицы, только Борис не стал объяснять ей этого. Он и сам не до конца понимал, что они такое. Рассказал о своём контакте с Плакальщицей, как она наложил на него руки, и он провалился в чёрный омут беспамятства. Когда же очнулся обнаружил рядом с собой испуганного Поля. Воспоминания о Дизеле дались с болью. Оказывается его контакт с Плакальщицей продлился несколько минут, а в бессознательном состоянии он провалялся часа четыре. Поль не находил себе место, не знал, что и делать.
— С тех самых пор во мне что-то изменилось, появились новые знания и умения. Так я и почувствовал смерть Аркела Арма. Я словно бы умер вместе с ним, — закончил он рассказ.
Двуликий первым нашёлся что сказать:
— Вот тебе и повезло мужик. Плакальщица вдруг пообщаться захотела. Никогда об этом не слышал.
— Она передала тебе часть своего дара, — задумчиво сказал Кейфер Дру. — Видно почувствовала в тебе скрытые способности и помогла их открыть.
— Это ничего не меняет. Не расскажет о нас Аркел, так остаётся ещё прислуга, вряд ли она станет хранить молчание, — вскинулся Двуликий. — Тут же и заложит нас с корнями. Жили в течении последних дней у хозяина гости. Куда делись, не знаем. Утром мол видели, до вашего визита. А дальше нас начнут искать. Оставаться в Мирграде не безопасно.
— Успокойся, никто и не собирается зависать в Мирграде, — произнёс задумчивый Кейфер.
Было видно, что он думает о чём-то другом. Вынужден отвлекаться на глупые и никчёмные разговоры.
В подвал спустились Келс Орба и Реут Пру.
— На улице чисто. До площади Согласия можно пройти незамечено. Этот район не очень то многолюдный.
— Когда-то здесь был деловой квартал. Весьма оживлённый. Сплошные офисы, представительства, да филиалы банков и разных контор, но когда построили Алмазные холмы, деловой квартал переехал. Попытались создать спальный район, только жить в дешевом жилье под боком у богачей народ то не очень захотел, — рассказал Кейфер.
— А откуда ты всё это знаешь? — спросил Борис.
— Я часто наведывался в Мирград, — коротко ответил Кейфер.
— До площади Согласия можно пройти беспрепятственно. Потом затеряемся в толпе и рванём к Ямсельным воротам, — предложил Двуликий.
— И лучше поторопиться. Я проверял улицы к северу, там наметилось какое-то оживление. Видел несколько раз издалека патрули полиции. Явно что-то ищут, — доложил Реут Пру.
— Нас они ищут. Кого же ещё, — сказала Ежонок.
— Боюсь что ворота уже перекрыты. Легально из города не выйдем, — произнёс Двуликий.
— Легально и не надо. Воспользуемся «Северным экспрессом», — предложил Реут Пру.
— А кто запустит механизм. Даже не в запуске дело, его надо будет вовремя остановить, а то засветим дорогу. Надо выходить на кого-то из сопротивления. Это опасно сейчас, — возразил Двуликий.
— Запустить может кто-то и из нас. Придётся правда в городе остаться, но я готов, — тут же отозвался Реут Пру.
