Церемонии полностью

Двое из них смотрели куда-то мимо девушки и хихикали. Притворившись, что стирает пот со лба, Кэрол обернулась и увидела, что на стекле у нее над головой приклеена потрепанная голубая эмблемка с крестом и девизом: ДЕВСТВО БЛАГОСЛОВЕННО! Ниже кто-то нацарапал: Но тебе придется научиться отлично сосать. Девушка торопливо отвела взгляд. Она была рада, что ей нужно выходить на следующей остановке, Сто десятой улице.

Кэрол шла на юг, пока не узнала старинное серое здание у самого Прибрежного проезда. С восьми до шести у дверей сидел вахтер, снулый латиноамериканец в футболке и коричневых брюках вместо униформы. Он как будто не понимал, что ей от него нужно, а после того, как девушка все объяснила, не проявил никакого желания помочь.

– Ничего не выйдет, – сказал он, медленно качая головой. – Я ни для кого не могу открыть дверь.

– Но, может, он умирает, – взмолилась Кэрол.

Судя по выражению лица вахтера, ему это казалось маловероятным.

– Слуште, дамочка, у меня и ключа-то нет. Они все у управдома, только он вышел. Вы приходите завтра, ладно? Поговорите с ним? – И он отвернулся с безразличным видом, как будто Кэрол вовсе не стояла тут же рядом.

– Могу я, по крайней мере, подняться наверх и постучаться к нему?

Вахтер кивнул, по-прежнему не глядя на нее.

– Спасибо огромное. – Кэрол прошла мимо него к лифту и вдавила кнопку с надписью 12. Через минуту она уже оказалась на этаже, где жил Рози. Его квартира находилась в дальнем конце коридора, за довольно невзрачной дверью, на которой блестели три бронзовых замка впечатляющих размеров. Старик так боялся воров!

– Рози? – позвала Кэрол, нажимая кнопку звонка. – Рози?

До нее донесся приглушенный звонок в квартире. Девушка прижала ухо к двери. Больше ни звука.

Она постучала, сначала тихо, потом громче, и снова приложила ухо к двери.

Тишина.

Кэрол пожала плечами и пошла прочь, потом вернулась.

– Рози! – прошептала она тихо, как могла, приблизив губы к щели; отчего-то она стеснялась того, что делает. – Рози, это Кэрол. Если вы там, слушайте. Я не могу попасть в квартиру, но я вернусь завтра и заставлю управдома меня впустить. Постарайтесь не волноваться. Я еще вернусь.

Прошло больше часа, но он все равно не смог до нее дозвониться. Телефон в ее квартире не отвечал, а женщина в библиотеке Линдауэра сказала, что Кэрол сегодня не пришла на работу.

– Нет, – сказал ей Фрайерс, – не надо ничего передавать.

Он повесил трубку, чувствуя беспокойство и почти возмущение от того, что человека, которого он считал достойным доверия, неожиданно не оказалось на месте. Куда она вообще подевалась? С кем она гуляет?

Ну ладно, он может позвонить ей через пару дней, когда вернется в Нью-Йорк. Фрайерс определенно не собирался дальше болтаться в городе, он и без того потерял много времени. Главная улица Гилеада была скучной, машины проезжали по ней редко, и пассажиры глядели на чужака с прохладой. Школьная библиотека, где Фрайерс надеялся скоротать часть дня, неожиданно оказалась заперта. Он выпил слишком много банок газировки и съел слишком много чипсов, сидя здесь, на крыльце. Когда Джереми поднялся на ноги и медленно спустился по ступеням, у него закружилась голова от жары.

До фермы было далеко. Фрайерс отправился пешком по дороге, что вилась мимо фермы Вердоков и дома Стуртевантов, надеясь поймать попутку, но за двадцать с лишним минут мимо – в противоположном направлении – проехала только одна машина, черный, как катафалк, допотопный «форд». Пожилая пара внутри, тоже вся в черном, оглядела его с ледяным неодобрением и одарила на прощание облаком выхлопных газов.

Фрайерс смотрел, как автомобиль медленно ползет по узкой дороге, пока тот не скрылся за поворотом; через пару секунд затих и шум двигателя. В воздухе снова повисло безмолвие; только откуда-то издалека доносился шум трактора и удары топора. Все вокруг оставалось неподвижным, только коровы на поле слева от дороги подозрительно посматривали на Фрайерса, порхали от цветка к цветку бабочки, да редкие зеленые змеи выползали на асфальт и исчезали в траве при приближении человека. К вечеру тени дубов заметно удлинялись, как будто указывали обратно на город.

Через десять минут, когда Фрайерс спускался с холма рядом с фермой Хама Стадемайра и как раз перешагнул ужа, который спал, свернувшись на самой обочине, на дороге показался ржавый голубой пикап. Внутри сидела пара в черных одеждах: парень с едва пробивающейся бородой – за рулем и пухленькая курносая девушка рядом с ним. Автомобиль быстро приближался. Фрайерс поднял большой палец вверх и просительно улыбнулся.

Но автомобиль не только не замедлился рядом с ним, а лишь ускорился и резко вильнул вправо. Уж проснулся как раз вовремя и успел ускользнуть в траву. Фрайерс отпрыгнул назад, чтобы не попасть под машину.

– Засранцы!