— О, мы знаем достаточно, — перебила его Нонна. — Знаем, как твоя мать пыталась удержать папу. Как…
— Замолчи, — его голос стал опасно тихим. — Не смей говорить о моей матери.
— А то что? — Эйприл, самая младшая, спряталась за спину Нонны. — Ударишь девочку? Как грубо!
— Действительно, — Нонна картинно поморщилась. — Никаких манер. Впрочем, чего ещё ожидать от…
В этот момент дверь открылась, и вошёл Децимус.
— Девочки? — он удивленно поднял брови. — А вы что здесь делаете?
— Просто знакомимся с братиком, — пропела Мэй. — Правда, он не очень-то рад нас видеть.
Август молча смотрел в окно, считая про себя до десяти. Не время для ссор. Не сейчас, когда матери нужна помощь.
— Идите к себе, — мягко сказал Децимус. — Нам с Августом нужно поговорить.
Девочки упорхнули, но у двери Нонна обернулась:
— Пока, братик. Надеюсь, ты не часто будешь нас навещать.
Когда дверь за ними закрылась, Август наконец выдохнул. Этот дом, эти избалованные девчонки, этот человек, которого он когда-то звал отцом — всё здесь было чужим и враждебным.
— Прости их, — сказал Децимус. — Они просто…
— Давай перейдём к делу, — оборвал его Август. — Я здесь не ради семейных посиделок.
В тот день он получил деньги на лечение матери. И поклялся себе, что больше никогда не переступит порог этого дома.
Но судьба, как всегда, распорядилась иначе.
Наконец, тягостная для всех экскурсия была завершена, и мы вернулись в салон. Децимус уже перезнакомил всех своих гостей, благо, что их было не так уж много и пригласил всех к столу.
Я совершенно не чувствовала аппетита. Как-то этот вечер не задался, но ничего, я справлюсь… Я уже научилась улыбаться, не чувствуя радости. Неужели я становлюсь настоящим политиком?
Я заняла своё место рядом с мужем. Тот заметно расслабился, когда понял, что его «любимые» сестры вернули меня в целости и сохранности.
Децимус восседал во главе стола, излучая уверенность и власть. Питер сидел по правую руку от него, явно наслаждаясь своим привилегированным положением.
Изысканные блюда сменяли друг друга, но я едва замечала их вкус. Мое внимание было сосредоточено на разворачивающейся вокруг меня картине общения. Я наблюдала, как Децимус ловко управляет разговором, незаметно направляя его в нужное ему русло.
Нонна и ее сестры время от времени бросали на меня оценивающие взгляды. Их улыбки были безупречны, но я чувствовала скрытое напряжение в их эмоциях.
Август рядом со мной был молчалив, отвечая односложно, когда к нему обращались. Я чувствовала, как он борется с желанием просто встать и уйти. Но куда можно деться с яхты в открытом космосе?
— Итак, доктор Соколова, — обратился ко мне Децимус, когда подали десерт. — Расскажите нам о вашей работе с полисами. Это должно быть невероятно увлекательно.
Я почувствовала на себе взгляды всех присутствующих. Глубоко вздохнув, я начала рассказывать о своих исследованиях, стараясь сделать это достаточно интересно для неспециалистов, но не упрощая слишком сильно.
— Потрясающе, — прокомментировал Децимус, когда я закончила. — И какие перспективы вы видите в этой области?
Я на мгновение задумалась.
— Наше главное стремление — понять и защитить эту уникальную форму жизни. Мы надеемся, что изучение полисов поможет нам лучше понять природу сознания и, возможно, найти новые способы коммуникации с другими формами жизни.
— А какие-нибудь практические применения? — спросил один из гостей. — Например, в медицине или сельском хозяйстве?
Я почувствовала, как напрягся Август, но меня пока не надо было спасать.
— Мы очень осторожны в этом отношении, — ответила я. — Полисы — разумные существа, и мы не можем рассматривать их просто как ресурс для эксплуатации. Тем более, что они для нас не очень-то съедобны.
— Но послушайте, при правильном подходе… — начал было гость, но Децимус прервал его.
— Давайте не будем утомлять доктора Соколову техническими деталями, — сказал он с улыбкой. — У нас будет еще много времени для обсуждения деловых перспектив.
Я почувствовала, как Август слегка сжал мою руку под столом. Я ответила на пожатие, давая понять, что все в порядке.
Ужин продолжался, разговоры текли плавно от одной темы к другой. Я старалась поддерживать беседу, улыбаться в нужных местах, но внутри чувствовала растущее напряжение. Этот вечер был настоящим испытанием, и я начинала понимать, почему Август так неохотно говорил о своей семье.
Наконец, когда десерт был съеден и кофе выпит, Децимус объявил, что мужчины могут удалиться в кабинет для беседы и сигар, а дамы — насладиться коктейлями на палубе.
Август посмотрел на меня с беспокойством, но я ободряюще улыбнулась ему.
— Иди, — прошептала я. — Я справлюсь.
Когда мужчины ушли, я осталась наедине с сестрами Валериан и другими женщинами. Я глубоко вздохнула, готовясь к новому раунду светской беседы и скрытых намеков. Этот вечер был еще далек от завершения.
Я последовала за Нонной на застеклённую палубу яхты. Здесь было намного прохладнее. Звезды ярко полыхали в темном небе. Восхитительная Деметра и её тезка Церера сияли в отражённом свете Лето. Какая же красота.
