— Никак, — твёрдо ответила я ему. — Протоколы выявления влияния эмпата ещё не доработаны, нейрорегистраторы даже не имеют прототипа, нет никаких доказательств, только моё слово и мои действия. Я правда могу сломать человека, но как мой муж не убивает людей направо и налево, просто потому что может, так и я не применяю свои силы. У меня, в отличие от Виктора, есть то, что меня сдерживает, то, что я хочу защитить.
Децимус долго смотрел на меня. Очень долго. Питер и Август молчали.
— Что вы предлагаете? — спросил он наконец.
Я не позволила себе даже небольшую улыбку, но это был шанс, которого я ждала.
Интерлюдия: Проверка
Питер чувствовал, как тяжелеет его тело. Снотворное, которое Децимус подмешал в их с Августом напитки по его собственной просьбе, действовало быстро и эффективно.
— Небольшой тест, — говорил он Децимусу ранее. — Просто хочу увидеть, как она справится в критической ситуации.
Какая ирония. Он планировал простую проверку — посмотреть, как Юлия будет действовать, когда её защитники окажутся недееспособны. Хотел оценить её реакцию, её способности к принятию решений под давлением. Посмотреть, применит ли она свои силы.
Но он никак не ожидал появления Виктора. Точнее, человека в маске Дмитрия Крейна.
Сквозь наркотический туман Питер наблюдал, как разворачивается катастрофа. Он не мог пошевелиться, не мог предупредить, не мог вмешаться. Только смотреть, как два эмпата сходятся в ментальной схватке.
Воздух, казалось, звенел от напряжения. Он видел, как побледнела Юлия, как кровь потекла из её носа от напряжения. Видел ярость в её глазах, когда она поняла, кто перед ней.
«Она думает, это всё он подстроил, — мелькнула мысль. — Что Виктор организовал эту ловушку».
А ведь это он, Питер, подготовил эту проверку. Он хотел оценить потенциал Корпуса Эмпатов, увидеть их возможности в действии, а так же искренность Юлии. Что ей помешает договориться с Децимусом, пока Август и Питер временно недееспособны? Или вообще воздействовать на него ментально, чтобы он согласился на все условия. Питеру нужны были доказательства, а не слова Августа о жене.
Что ж, он увидел. И теперь жалел об этом.
Децимус сидел в шоке, всё ещё взбешенный Август баюкал на руках уставшую жену.
«Прости, старый друг, — подумал Питер, глядя Виктора, лежащего на полу без сознания. — Уж лучше ты, чем я.»
Потому что теперь он знал: эмпаты в гневе страшнее любого оружия. И лучше никогда не давать им повода для этого гнева.
Интерлюдия: Новая жизнь.
Виктор лежал на узкой тюремной койке, прислушиваясь к эмоциям охранников за дверью. За последние месяцы он научился различать мельчайшие оттенки их настроений — усталость в конце смены, раздражение от скучной работы, предвкушение выходных. Сейчас от них пахло сонливостью и рутиной — идеальное время для побега.
В соседней камере сидел Том — бывший пират, который когда-то пытался его убить. Теперь это не имело значения. От Тома пахло острым, колючим запахом отчаяния вперемешку с решимостью. Такие, как он, либо сбегают, либо умирают в тюрьме. Виктор знал, что сможет использовать это.
«Время пришло,» — подумал он, поднимаясь с койки. Первым делом нужно было избавиться от камер наблюдения. Это оказалось до смешного просто — достаточно было поймать взгляд охранника в мониторной и мягко подтолкнуть его мысли: «Система барахлит. Нужно перезагрузить. Прямо сейчас.»
Виктор почувствовал, как его влияние растекается по сознанию охранника, как тот принимает внушенную мысль за свою собственную. От него повеяло легким беспокойством и желанием поскорее решить проблему.
Когда мониторы погасли, Виктор приступил к следующей фазе плана. Том в соседней камере уже проснулся, его эмоции были как оголенный провод — только дотронься, и заискрит.
«Иди к решетке, — мысленно приказал Виктор, направляя свое влияние на пирата. — Ты слышишь шаги. Тебе нужно проверить.»
Том послушно подошел к решетке. Его сознание было таким податливым, что это почти разочаровывало. Почти.
Виктор дождался, когда мимо пройдет охранник с ночным обходом. От того пахло скукой и мыслями о доме. Легкое прикосновение к его разуму — и вот уже охранник сам подходит к камере Тома, уверенный, что слышал какой-то шум.
Дальше все произошло быстро. Один точный удар — и охранник лежит без сознания. Электронный ключ у него на поясе открывает обе камеры. Том выглядит ошеломленным, но Виктор не дает ему времени на раздумья.
«Ты знаешь, что делать. Ты уже спланировал это. Следуй за мной.»
По коридорам они двигались как призраки. Каждый встречный охранник внезапно вспоминал о срочных делах в другом конце здания. Камеры продолжали «барахлить». На контрольно-пропускном пункте дежурный внезапно почувствовал острую необходимость посетить уборную.
Виктор чувствовал, как истощаются его силы. Контролировать столько людей одновременно было тяжело, но он не мог позволить себе ошибиться. Не сейчас.
