— Я знаю. Но ты делаешь это, чтобы защитить других. Не забывай об этом.
Я кивнула, благодарная за его поддержку. Затем мой взгляд упал на капсулу, где скоро будет находиться Виктор.
— Нам действительно надо это сделать? — спросила я, больше себя, чем Августа.
— Мы должны быть готовы, — ответил он твердо. — Альтернатива слишком опасна.
Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Впереди был долгий путь — разработка блокатора, контроль над Виктором, борьба с собственными сомнениями и страхами. Но я знала, что у меня нет выбора. Я должна была идти вперед, ради безопасности всех, кого я любила, и всего, во что верила.
Техники нас покинули, и мы остались втроём в лаборатории. Я, Август и спящий в капсуле Виктор. Мой муж должен был улететь, но он явно не желал меня покидать. Его лицо было напряженным, в глазах читалось беспокойство.
— Юлия, — начал он, подходя ближе. — Я не могу оставить тебя здесь одну с ним. Позволь мне помочь, быть рядом.
Я вздохнула, понимая его тревогу, но зная, насколько опасной может быть эта ситуация.
— Август, это слишком рискованно. Виктор очень опасен. Если он сломает твои мозги, то с двумя мужчинами я не справлюсь.
— Именно поэтому я и хочу остаться, — настаивал он. — Послушай, я знаю, что ты беспокоишься о моей безопасности. Но что если… что если ты попробуешь свои способности на мне? Проверим, работают ли они.
Я удивленно посмотрела на него.
— Ты уверен? Это может быть неприятно.
Август кивнул.
— Я доверяю тебе, Юлия. Полностью.
Его слова тронули меня до глубины души. Я встала и подошла к нему ближе.
— Хорошо, — сказала я мягко. — Давай попробуем. Расскажи мне о своей семье. Почему ты поссорился с отцом?
Я сосредоточилась, осторожно направляя свою силу на Августа. Я не хотела давить слишком сильно, только слегка подтолкнуть его к откровенности, мне даже не пришлось действовать слишком сильно, он и так мне доверял. Наверное, даже больше, чем я того заслуживала…
Август моргнул, словно пытаясь собраться с мыслями. Затем начал говорить, его голос был тихим, но уверенным.
— Мой отец… он всегда творил, что хотел. Он бросил мою мать, Стеллу, просто потому, что она ему надоела и отказался от меня. Когда мать заболела, я старался заработать, но мне сильно не хватало денег, поэтому я нашёл его. И попросил… он не отказался помочь, но… мама получила лечение слишком поздно… Как я себя ненавижу, что не обратился к нему раньше! Из-за моей самонадеянности и гордости было упущено драгоценное время…
Я чувствовала волны эмоций, исходящие от Августа — разочарование, гнев, вина, и сильная боль.
— Я всё ещё ему должен, — тихо сказал муж. — Он сказал, что я могу ничего не возвращать, но… Проклятье, не хочу быть у него в долгу!
Август замолчал, глубоко вздохнув. Я осторожно прекратила свое эмпатическое воздействие.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила я мягко.
Он посмотрел на меня, в его глазах читалось удивление.
— Странно. Я не собирался рассказывать все это, но… это словно само вырвалось. Это ты сделала?
Я кивнула.
— Да. Я лишь слегка подтолкнула тебя к откровенности. Прости, если это было неприятно.
Август покачал головой.
— Нет, все в порядке, я сам попросил. И теперь я понимаю, насколько мощными могут быть твои способности. Но…
— Но эксперимент провалился, — заключила я и взяла его за руку. — Теперь ты видишь, почему я беспокоюсь? Если Виктор сможет воздействовать на тебя…
— Я понимаю, — прервал меня Август. — Просто позови меня, когда я понадоблюсь.
Когда он отбыл, я осталась одна в своём новом кабинете. Я опустилась в кресло, чувствуя, как меня накрывает волна усталости и отвращения к самой себе.
— Что я наделала? — прошептала я, закрывая лицо руками. — Во что я превратилась?
Я вспомнила, как легко манипулировала Децимусом, играя на его страхах и амбициях. Как использовала свои способности, чтобы ускорить метаболизм Августа и Питера без их согласия. Как готова была пойти на все, чтобы достичь своей цели.
«Я ничем не лучше Виктора, — горько подумала я. — Я теперь тоже использую людей, тоже манипулирую ими.»
Но затем я вспомнила о полисах, о том, что стояло на кону. О будущем, которое я пыталась построить — будущем, где эмпаты могли бы использовать свои способности во благо, а не во зло.
Оправдать себя было очень легко, достаточно было сказать, что я не такая, как он. Я делаю это не ради власти или мести. Я делаю это, чтобы защитить других.
И все же, осознание того, что я готова была пойти на такие меры, пугало меня. Я понимала, что стою на опасной грани, балансируя между добром и злом.
— Я должна взять на себя ответственность, — напомнила себе я. — Сейчас никто другой не сможет справиться с Виктором. Если его отдать обычным властям, он просто использует свои способности, чтобы заставить их выпустить его.
Эта мысль заставила меня содрогнуться. Я представила, как Виктор снова оказывается на свободе, как использует свои силы, чтобы причинять боль и страдания другим.
Я понимала, что это решение изменит всю мою жизнь. Мне придется постоянно быть начеку, постоянно сдерживать его. Это будет тяжело, это будет опасно, но у меня не было выбора.
