В коридоре послышались крики, топот ног. Рейнджер у дверей встрепенулась, осветилась искрами беспокойства, и, бросив на меня быстрый взгляд, глянула наружу. До меня доносились обрывки фраз: «Возгорание в северном крыле!», «Немедленно перекрыть все выходы!», «Система пожаротушения отключена!», «Камеры слежения вырубились!»
Но одна фраза заставила меня похолодеть: «Двенадцатый, Двенадцатый, ответьте! Рейнар сбежал! Повторяю, подозреваемый сбежал!»
Виктор, хитрый лис, был таков… Я стиснула кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Это не могло быть случайностью. Пожар, отвлекший охрану — слишком удобно, слишком вовремя. У него были ещё сообщники? Кто-то помог ему выбраться? Он собирается предупредить своих дружков, забрать что-то важное, уничтожить улики?
Первым порывом было вскочить из-за стола, но я сдержалась. Брат просил не геройствовать. Я полностью собиралась следовать его совету. Я не только храбрая, но ещё и умная. Что может случиться, когда я под надёжной охраной? У меня даже оружия-то нет…
— Надо покинуть помещение, — девушка-рейнджер, хмурясь, обратилась ко мне. — Это может быть опасно.
Я послушно кивнула, встала и сделала было шаг к ней, как моя охранница охнула и сползла по стене. Её рация оплавилась, стекая по боевому комбинезону. Я меня ёкнуло сердце, которое будто пронзило от чужой острой боли. На груди девушки расплывалось алое пятно.
Мне повело голову, как тогда, у водопада. Я только что увидела чужую смерть своими глазами.
Я кинулась было к ней, но замерла, почувствовав жуткий замогильный холод за спиной, и резко обернулась. Я даже не слышала, как отошла одна из стенных панелей. В проёме двери стоял взъерошенный Виктор с нездорово горящими глазами. Он сладко улыбался, наставив на меня бластер.
— Юлия, милая моя, — спокойно сказал он, переливаясь жёлто-оранжевыми искрами возбуждения. — Быстро подойди ко мне, или я вышибу той бабе мозги.
Я бросила взгляд на стонущую девушку у стены. Её форма, вспенившись, уже закрыла рану, и рейнджер тихо постанывала, пытаясь подняться и вытащить оружие.
— Виктор… что происходит? — губы меня еле слушались.
— Юлия, быстро, я не шучу.
— Ты… ты убил её…
Виктор сплюнул:
— Им за это платят, проклятым тараканам, — и рявкнул: — Подошла ко мне, быстро!
Он сделал два шага в комнату, схватил меня за руку, сорвал с моего запястья коммуникатор, бросив его под ноги, и выволок в потайной ход. Он был чудовищно сильным, я как ни упиралась, не могла ему противостоять. Панель с шелестом встала на место.
— Идём, идём, — поторапливал он меня. — Не бойся, я не причиню тебе вреда. Ты мой счастливый билетик с этой планеты.
Страх липким комом стоял в горле. Я знала — сейчас не время для паники, но ничего не могла с собой поделать. В груди всё ещё саднило от боли той рейнджера. Надо собраться, придумать план. Ради себя, ради Марка, ради памяти родителей. Глубоко вздохнув, я попыталась успокоить дрожащие руки. Страх не отступал, но я была полна решимости справиться. Необходимо выяснить намерения Виктора. Да, мне страшно. Но я справлюсь.
Мы шагали по узким переходам среди труб и вентиляции, откуда сочился едкий дым.
— Виктор, это какая-то ошибка, — я попыталась с ним заговорить. — Я же знаю, ты не такой человек… Эти люди, контрабандисты… они тебя шантажируют? Виктор, если тебе нужна помощь…
Мужчина обернулся, его улыбка не обещала ничего хорошего, как и огоньки эмоций меняющие цвет на пугающий ярко-красный. Он с силой впечатал меня в стену, так что я больно ударилась затылком, и поцеловал. Меня затошнило от прикосновения его губ.
— Какая же ты сладкая, моя глупышка. Такая чистая и невинная… — он хохотнул. — Но, прости, тебе придётся подождать, здесь слишком много дыма. Я не хочу, чтобы ты задохнулась.
Он снова дёрнул меня за руку, больно выкручивая запястье. Проклятье, как он может быть таким сильным⁈ У меня брызнули слёзы из глаз.
Тесные коридоры словно смыкались вокруг нас. Тусклый свет аварийных ламп лишь усиливал гнетущую атмосферу, вместо того чтобы рассеивать мрак. Пахло гарью и чем-то затхлым. Звуки — наше дыхание, шаги, шорохи — казались неестественно громкими в замкнутом пространстве. Я удивлялась, почему нас не слышит вся база, когда мы топаем с таким грохотом.
— Виктор, куда мы идём?.. — я снова сделала попытку его разговорить, в надежде, что он хоть немного замедлится, но тщетно.
— Это просто запасной ход, у меня тут много таких… всё-таки я тут обжился за пятнадцать лет, — снова заговорил он ласковым голосом, от которого меня пробирала дрожь. — Надо быть всегда готовым. На всякий случай вроде такого. Всегда надо иметь что-то про запас, — сказал он менторским тоном, как будто читал лекцию кадету.
Он протащил меня по заполненным дымом переходам и втолкнул в какой-то подвал. Я даже представить не могла, что на базе есть что-то подобное. Он набрал код и часть пола пандусом уехала вниз, открывая ещё один подвал.
