– Так вот, каким-то образом этот сукин сын Йенаро выставил меня полным импотентом.
– Гм… ты уверен? Я имею в виду, на это бывают естественные причины.
– Это была ловушка. Я их даже не соблазнял особенно, они сами меня затащили. Завели в эту комнату… должно быть, они специально обставляли ее так. Боже, это было… – Его голос прервался, и он вздохнул. – Это было потрясающе. Недолго. И потом я сообразил, что, гм, не в форме.
– Что ты сделал?
– Было слишком поздно уходить просто так. Поэтому я изворачивался – ничего другого мне делать не оставалось, а то бы они заметили.
– Что?
– Наплел им уйму варварских баек: ну, насчет изумительной способности форов к самоконтролю, что на Барраяре мужчине не принято… ну… раньше, чем женщине. Три раза. Я тер, я дергал, я похлопывал, я лизал, я кусал… у меня все пальцы свело. – Майлз заметил, что у Айвена и речь не очень связная. – Я боялся, что они никогда не заснут. – Айвен помолчал, потом на лице его появилась слабая улыбка. – Но когда они уснули-таки, они улыбались. – Улыбка вновь исчезла. – Спорю на что угодно, что эти две – главные гем-сплетницы на всей Эте Кита.
– Не буду спорить, – ответил Майлз, совершенно захваченный этой историей. «Что ж, пусть наказание не уступит преступлению». По крайней мере ловушка встретила достойную жертву. Кто-то проверял его уязвимые места. И кто-то так же откровенно проверял их у Айвена. – При желании СБ может за пару дней узнать для нас все слухи, что пойдут по этому поводу.
– Еще слово об этом, и я сверну тебе шею! Если только сначала найду ее.
– Тебе придется открыться посольскому врачу. Пусть сделает анализ крови.
– О да. И чем скорее, тем лучше. Господи, что, если этот эффект останется?!
– Ба Форпатрил? – восхищенно предположил Майлз.
– Дьявол, я ведь над тобой не смеялся!
– Нет. Истинная правда, не смеялся. – Майлз вздохнул. – Я думаю, что бы это ни было, оно быстро разложится в крови. Иначе вряд ли Йенаро стал бы пить это сам.
– Ты так считаешь?
– Помнишь «Златый эль»? Готов поспорить на свой Глаз Гора, что это и было причиной.
Это слегка успокоило Айвена. Через минуту он добавил:
– Йенаро уже разделался с тобой, а теперь и со мной. Что будет на следующий раз? Мы что, не можем взять его за задницу первыми?
Майлз довольно долго молчал.
– Это зависит от того, просто ли он развлекается, или его тоже подставили. И от того, есть ли еще какая-то связь между тем, кто стоит за Йенаро, и смертью ба Лура.
– Связь? Какая, к черту, связь?
– Связь – это мы с тобой, Айвен. Пара барраярских деревенщин, попавших в Большой Город, – такие просто напрашиваются на розыгрыш. Кто-то нас использует как орудия. И, сдается мне, этот кто-то… сильно ошибся в выборе орудий.
Айвен понемногу приходил в себя.
– Кстати, ты избавился от этой маленькой игрушки? – подозрительно спросил он.
– Да… и нет.
– Ох черт! Тебе довериться… что, черт возьми, означает это твое «да и нет»? Или ты от нее избавился, или нет, как иначе?
– Да. В смысле, я вернул объект.
– Тогда в чем дело?
– Вернул, да не совсем.
– Майлз!.. Ты можешь говорить серьезно?
– Ладно, попробую. – Майлз вздохнул. Они въезжали в посольский квартал. – После всего, что ты сделал для следствия, мне надо бы кое в чем признаться. Но если… когда… когда ты будешь рассказывать офицеру из Имперской безопасности про Йенаро, не говори обо всем остальном. Пока.
– Что? – крайне подозрительным тоном произнес Айвен.
– Дело приобрело… запутанный оборот.
– А раньше оно, по-твоему, было простым?
– Я имею в виду то, что из детективного оно приобрело дипломатический характер. Исключительно деликатный. Возможно, слишком деликатный для параноиков в армейских бутсах, которые иногда завершают свою карьеру начальниками местных отделов СБ. Решение об этом могу принять только я сам. И я приму его… когда почувствую, что для этого пришло время. Только учти, что это не игра и я не могу продолжать действовать без поддержки. – «Видит Бог, мне нужна помощь».
– Но мы ведь знали это вчера.
– О да. Но все оказалось куда сложнее, чем представлялось сначала.
– Но нам это не грозит?
Майлз поколебался, потом кисло улыбнулся:
– Не знаю, Айвен. Ты как, силен в хождении по водам?
Оказавшись наконец в одиночестве в своей ванной, Майлз медленно стянул свой черный мундир, отчаянно нуждавшийся в услугах посольской прачечной. Он искоса посмотрел на свое отражение в зеркале, потом решительно отвернулся. Стоя под душем, он обдумал все еще раз. Для аутов все нормальные люди представляют собой низшую форму жизни. Выходит, с точки зрения аут-леди Райан Дегтиар, могло и не быть никакой разницы между ним и, скажем, Айвеном.
И время от времени гем-лорды за особые заслуги получают в награду аут-жен. А между форами и гем-лордами разница не так уж и велика. Даже Маз так считает.
Как велика должна быть заслуга? Весьма. Ну… он всегда мечтал спасти империю. Цетаганда, конечно, была совсем не той империей, которую он мечтал спасти. Жизнь вечно выворачивает все шиворот-навыворот.
«Ты просто спятил. На что ты надеешься? И думать не смей!»
