Наткнуться на команду с таким уровнем подготовки в самый неподходящий момент.
— Значит, к нам?
— Яковлев, не задавай дурацких вопросов и не уточняй двадцать раз элементарные вещи. Естественно, к нам. Лучше упустить деньги, чем стоящих людей.
— К Слону?
— Возможно. А возможно, и нет. Я намеренно собирал весь компромат, а не просто добивался закрытия дела. Не хотелось связывать себя в момент принятия решения такой ерундой, как их испорченная репутация. Поэтому я и подчистил им биографию. Посмотрю на них в деле, так-то, на улице, я их видел, хотелось бы посмотреть, каковы в работе... Там видно будет.
— И что мне им сказать?
— Ну, если они упрутся на криминале, то пусть готовятся к проверке. Я разговаривал с отцом, испытание они будут проходить в «гвардии». Я часто прихватываю «гвардию», может, подвернется возможность поработать вместе до того момента, как я решу, куда их пристроить. В этом случае им надо приехать в контору к десяти утра. Василий подъедет, заберет их. Если им захочется чего-то поспокойнее, то отец готов взять их в охрану — их бывшие клиенты дали им отличную рекомендацию. Тогда раньше полудня им приезжать не стоит, с утра никто их не станет оформлять на работу.
На прощание Валера задал вопрос, давно мешавший ему спать спокойно, — что Саша думает о наличии у него родного отца. Тот пожал плечами:
— А ничего. Валера, человек, который шлялся где-то столько лет и не подавал вестей о себе, — не отец. Отец — тот, кто воспитывал. Нет, мне, конечно, льстит, что я потомок королей и султанов, но и только. Никаких сыновних чувств по отношению к Алияру — это что-то вроде прозвища моего родителя — у меня не предвидится. Я не знаю, существует ли что - то, за что я мог бы его уважать. Отцом я считаю Сергея Ивановича. Даже если Алияр соизволит показаться в Союзе, в чем я сильно сомневаюсь, я при нем буду обращаться к отцу так же, как и без него. Все права на меня как на сына Алияр потерял.
— Почему? Может, он хотел приехать, а обстоятельства...
— Да какие, к чертовой матери, обстоятельства?! Алияр бежал с виселицы, власти, чтобы не позориться, объявили его казненным. Я понимаю, пару лет, которые он провел в Пакистане у своей матери, ему действительно не стоило никуда высовываться. Но потом он выехал в Штаты, он американский гражданин, свободно разъезжает по миру! Побывал даже в Турции, в том самом городе, где его «казнили», а детей навестить не посчитал нужным! Это не все: отец полгода — полгода! — назад послал запрос. Алияр получил его, ему письмо отца передали из рук в руки, и не отреагировал никак. Вот это уже свинство. Я сказал отцу, что при любом раскладе он может рассчитывать на меня как на сына.
Домой Валера летел, как на крыльях. Дело он отдал ребятам, которые пришли в состояние вполне понятного восторга. Вопросов, почему так долго тянули время, ни у кого больше не возникало. Как и желания возвращаться в Саратов. «Пройденный этап», — коротко сказал Славка. Все гораздо больше интересовались людьми, проделавшими такой трюк. Валера вздохнул:
— Люди как люди... Бслясвская группировка. Пол-Мос - квы держат, несколько сотен людей в составе. Сильнейшая команда Москвы, да и в Союзе она вторая или третья. Эго действительно серьезный народ, не то что ваш Мазуро. Занимаются они всем, что приносит прибыль, в том числе и легальным бизнесом. Готовы взять вас к себе. Хотите — в легальную охрану, хотите — в качестве боевиков. Бабки в любом случае приличные.
ВДВ поскреб в затылке.
— М-да, заманчиво. Ватер, мы тут не один раз прикидывали, что почем. И думаем, что рэкет был бы предпочтительнее. Как-никак, это военизированная структура, это нам привычнее. Осточертела штатская разболтанность, суетливость, безответственность. Яковлев, думай сюда: бросай ты свой кооператив и айда с нами! Будешь разведчиком, как мечтал. Мы им там всем покажем, как нато работать.
Вот тут Ватера не выдержат, расхохотался.
— ВДВ, это не я с вами пойду, а вы за мной! Это только так называется, что я в кооперативе работаю.
— И в каком же качестве? — недоверчиво спросил Антон.
— Тем самым разведчиком. Между прочим, нечто вроде офицерского чина имею. А «кольт», который вам так понравился, я в качестве «диплома» после «учебки» получил. Вам, если решитесь, тоже придется месяц или два на положении испытуемых ходить. «Учебка» обязательна для всех.
— Ни фига себе дело поставлено, — покачал головой Толик. — Почти армия — разведка, чины, учебка. ВДВ, кажется, твоя «мечта идиота» сбылась. А как насчет медалей за доблесть?
— В денежном эквиваленте. Но это ерунда — у нас свой полигон в Подмосковье есть. Андрюха, каково? А в том отряде, где я, еще и «сухой закон». Как тебе уровень требований кдисциплине?
— Рассказывай, — потребовал ВДВ. — Считай, что присягу на верность вместе с подпиской о неразглашении военной тайны мы дали.
— А что рассказывать? Сами все увидите. Тем более, что я не знаю, в какой отряд вы попадете. Тот отряд, где я, пока только набирается, но уже самый престижный. У нас самые высокие требования к людям.
— Не ссы, прорвемся, — сказал ВДВ. — Что у вас особенного?
