Танино сердечко запрыгало, как птичка в клетке. Она и не думала, что заманить его к себе домой будет так легко.
— Тогда считай, что я тебя пригласила. Обожаю гостей водить.
Таня не на словах была знакома с наукой любви. Ее родители уехали на два дня в дом отдыха; пользуясь некоторой свободой, она предполагала оставить у себя Сашку до утра и рассчитывала, что он не устоит перед таким приглашением. Парням в его возрасте неинтересно просто целоваться и ходить в кино с девчонками, они хотят большего, а не все девушки на это решаются. Может быть, Сашке везло на таких недотрог, и неудивительно, что он быстро охладевал к ним. Ничего, Таня не собиралась его сдерживать; пусть его подруги ломаются и дальше, а она сумеет отбить Матвеева у всех.
Подходя к дому, она чувствовала нарастающее волнение. Если судить по тому, как он целуется, в любви он должен быть необыкновенно хорош. Хотя может оказаться и так, что целоваться он умеет, а обо всем остальном не имеет ни малейшего понятия. Что ж, тогда она научит его
Всему, что знает сама. Поднимаясь в лифте, Таня предупредила:
— На лестничной клетке молчи — у меня соседка любопытная. Как разговор за дверью услышит, сразу к «глазку», а потом сплетни по двору разносит.
Не издав ни звука, они прокрались в квартиру. Маленькое сердечко Тани было готово выскочить из ушей, а Матвееву — хоть бы хны. Без всякого смущения прошелся по квартире, осмотрелся.
— Запах у тебя — как в больнице.
Она вздохнула.
— Мама неизлечимо больна.
— Рак?
— Хуже. Шизофрения.
— Мои соболезнования, Танюша. Это ужасно, когда близкие болеют.
— Некоторые боятся связываться с сумасшедшими и их родными, шарахаются от них, как от чумных. — Таня испытующе посмотрела на него.
— Все мы немного сумасшедшие, — философски заметил он.
— Не будем о грустном. Пойдем, я тебя обещанным чаем напою. Только ты разденься сначала.
— А, да!
Он снял обе куртки, оставшись в джинсах и водолазке, прекрасно обрисовывавших его поджарую фигуру. Осторожно любуясь им, Таня накрыла на стол, усадила его напротив себя. Он отметил, что домашнее печенье имеет чудесный вкус.
Скользкий разговор Таня завела издалека:
— Саш, а какой у тебя график работы?
— Какой шеф — он же мой отец — скажет. Но выходных у меня нет.
— А сегодня?
— Сегодня меня до полуночи отпустили.
Таня слегка расстроилась — она планировала удержать его до утра.
— А потом?
— Я должен находиться дома — может быть срочный вызов.
— Когда же ты спишь?
— А в ожидании вызова. Телефон стоит у постели, и собираюсь я по-военному, в сорок пять секунд.
Тане стало смешно, такой детски наивной выглядела его серьезность. Поставив локти на стол, она положила подбородок на сплетенные пальцы и с улыбкой умудренной жизнью женщины поинтересовалась:
— Саш, скажи по-честному: у тебя женщины были?
Он не поперхнулся чаем, не покраснел, не удивился
Нескромному вопросу. Он взглянул на нее, распахнув чистые ореховые глаза с длинными загнутыми ресницами, и доверительным тоном спросил:
— У меня так хорошо получается прикидываться невинным?
Определенно Тане везло на его смех — он засмеялся второй раз за вечер. Улыбка была очень ему к лицу, и смеяться он умел открыто.
— Ты не смущаешься откровенных разговоров?
— Нет, — он покачал головой, — я их люблю. Особенно с противоположным полом. В таких случаях главное — побольше нахальства. Если мне задают «неприличный» вопрос, я отвечаю с таким видом, будто меня спросили, какие сигареты я предпочитаю. По принципу: не стоит стесняться естественных вещей. А далее возможны два варианта: либо моя собеседница шокирована моей незакомплексованностью, обзывает меня пошляком — и я делаю так, что она выглядит отсталой дурой, либо разговор продолжается к обоюдному удовольствию.
— В общем, в любом случае ты остаешься на высоте.
— Совершенно верно. Я могу, не краснея, ответить на любой вопрос. Как сказала одна медсестра, я циничен, как настоящий медик.
— Тогда ответь на мой вопрос.
Он удивленно приподнял брови.
— Ах да, я же ответил не прямо. — Он откинулся на спинку стула. — Были. Мало того, за короткий период я поменял их достаточно. И, Тань, я ни разу ни за кем не бегал. Не знаю, почему так получается, но большинство моих знакомых женщин в этом отношении гораздо активнее меня, они стараются завоевать меня, взять штурмом, как вражескую крепость. Один раз я попал в курьезную си
Туацию, получив сразу три интимных предложения в течение часа.
— И что ты отвечаешь на такие предложения? Отказываешься?
— Зачем? Я люблю секс, и если женщина мне нравится, то мы обычно находим компромисс. Я называю свои условия, выслушиваю, чего хочет она, и... — Он сделал не-определенный жест рукой.
— Значит, у тебя все происходит на договорной основе? Как деловое соглашение. И какие условия ты оговариваешь? — Таня немалым усилием сдержала желание съе-хидничать, спросив, сколько стоит удовольствие оказаться с ним в одной постели.
