— Ну да, с ними. Я недавно говорила с Мишей, может ли он впрячься за меня — лучше я ему заплачу, чем от этих откупаться буду, — он говорит, что не имеет права. Я же не жена его и даже не подруга. Вот если бы те ребята наехали на него сами, тогда другое дело. Или задели бы интересы беляевских, причем были бы не правы. Тогда Миша меня вытащил бы под шумок.
— А нельзя сделать так, чтобы они на наш парк наехали?
— Валера, не стоит из-за меня подвергать риску других людей.
— А риска никакого нет. Понимаешь, если мы будем работать рядом с «Космосом», не заезжая на стоянку и по более низким ценам, то половина клиентуры перебежит к нам. Прижать нас твои хозяева не ~шеют права — мы будем останавливаться на нейтральной территории, — а избавиться от нас попытаются в любом случае. Вот и повод влезть беляевским — мы под их «крышей». Кстати, не исключено, что и этою Мишу я знаю. Как он выглядит?
— Валера...
— Атена, в критической ситуации будет лучше, если с ним поговорю я. Как мужик с мужиком, чисто по-деловому.
— Ну, он очень высокий, где-то твоего возраст, длинные волосы...
— Темные или светлые?
— Светлые. Темные это у его брата.
— Какого брата? — не врубился Валера.
Он вроде бы начал понимать, какого Мишу имеет в виду Аленка, но у того не было братьев.
— А их там только двое таких. Темный — это Сашка Цезарь...
Валера расхохотался, так комично прозвучало прозвище на месте фамилии. Алена смутилась.
— Что я такого смешного сказала?
— Да ничего, не обращай внимания. Но я не знал, что они братья. Они же непохожи.
— Ну и что? Отсутствие сходства еще ничего не означает.
— Алена, а почему ты пошла к Мише, а не к его брату? Насколько мне известно по слухам, — на всякий случай Валера осторожничал, — его брат занимает довольно высокое положение, чуть ли...
— Можешь обойтись без намеков. Ну да, Цезарь — второй после Ученого человек, об этом многие знают, это не тайна. Но есть свои сложности, из-за которых я предпочитаю с ним не общаться. Во-первых, Мишу я знаю довольно хорошо, а Цезаря всего три раза видела. Во-вторых, я его боюсь, он коварный и жестокий человек. И в-третьих, его вмешательство может иметь очень нехорошие последствия. Он может впрячься, причем бесплатно, в виде благотворительности — он так развлекается, — и ему плевать, что он имеет право делать, а что — нет. Он может приехать и сказать: «Мужики, вот эту девушку не трогать», а если ему хоть
Слово поперек ляпнут, он повернет все так, будто на него наехали. И тогда будет разборка, и он пол-района зальет кровью. Его опасно трогать, он может все Беляево поднять. Но в таком случае меня потом тихо и незаметно уберут, и никто не уследит. Нет уж, постараюсь обойтись без шума.
— Вот чего я никак не могу понять, — задумчиво сказал Валера, — так это с какой стати он таким влиянием пользуется. У него же ни людей, ни своей территории нет.
— Зато у него есть папа — Ученый.
Валера вытаращил глаза:
— Он же сирота!
— Ну да — по документам. Отец у него есть, и брат есть, и у всех разные фамилии, но это настоящий семейный клан. Это первая причина такого влияния. Помимо этого, он очень умный парень, его уважают и без отца, за его мозги. А территория ему пока не нужна — он ездит по стране, бомбит и имеет не меньше остальных людей его ранга.
Валера промычал что-то невразумительное, затем сказал вполне членораздельно:
— Ладно, пусть он умный, пусть у него папа хоть Президент, но мы обойдемся без просьб и поклонов. У нас в кОлоннс есть молодые ребята, им сам черт не страшен. От-чаянные головы. Они ради прикола поедут к «Космосу» нервы конкурентам потрепать. Насколько мне известно, сейчас «Космос» держит команда из Марьиной Рощи?
— Они, марьинские. Они еще Рижский рынок контролируют.
— Это уже неважно. Ладно, Аленка, не горюй, отобьем тебя у них.
Валера уже забыл, что был смертельно оскорблен. Он и так не отличался особенной ревнивостью, а тут — просто грех злиться. Ну, ошиблась девчонка, с кем не бывает, не топить же ее дальше.
Помимо необходимости заступиться за свою девушку, он преследовал еще и собственную честолюбивую цель. Цеарь отверг его? Ну и дурак. Вполне может получиться так, что Яковлев со своими ребятами не только потеснит, но и вовсе выкурит Марьинских из гостиницы. А что? Не надо недооценивать таксистов, они народ не менее серьезный, чем рэкетиры. Еще посмотрим, что скажет Цезарь, узнав о маневрах Яковлева.
Утром он переговорил с одним, с другим, с третьим... Набралось девять человек, желавших поиграть в рэкет. Лихие ребята, не дураки подраться, не отступающие от своего и не отказывающиеся отщипнуть кусочек чего-нибудь чужого. Под сиденьем у каждого — монтировка, в багажнике — цепь, газовые баллончики решили не брать — ненадежны. Дыхание задержишь, а на свежем воздухе газ развеется быстро. У двоих были стволы, но около «Космоса» вреда от них было бы больше, чем пользы, — на выстрелы менты сбегутся.
