Алена позвонила в десять утра и встревоженным голосом поинтересовалась, каковы их успехи. Валера, прикинувшись измученным и смертельно уставшим, сказал, что договорился взять взаймы у Хромого, который к тому же обещал «крышу» всем пятерым. Но получит деньги Валера только в четыре часа дня. Он предложил Алене подъехать к месту встречи, и, естественно, она отказалась. Предлог у нее был — она сказала, что за эти дни разыскала Мишку Финиста, и он должен перезвонить ей с юга. Она не может отойти от телефона. А чтобы Валера не сомневался, что это действительно так, она предложила ему приехать к ней. Опять же ей спокойнее будет. Валера отмазался, сказав, что
Из-за этих денег не спал ночь и до встречи с Хромым намерен дрыхнуть. Положив трубку, Ватера повернулся к Сере ге:
— Я так и думал.
— Может, не поедем?
— Почему? Обещали — надо выполнять. Я договорился с ней на пять часов, но поедем мы сейчас.
— Давай я Ученому на всякий случай позвоню.
— Не, потом. Уважения побольше будет, если мы и закончим эту авантюру так, как начата, — без «крыши».
— Как знаешь.
Они поехати на такси — чтобы Алена не засекла из окна мотоцикл и не успела приготовиться. Вышли за два дома, под самыми окнами пробрались в подъезд. На этаж поднимались пешком, чтобы ни единым звуком не выдать своего приближения. Держа руку с пистолетом Пеликана под полой куртки — чтобы Алена, увидев оружие, не вспо-лошилась, — Валера позвонил в дверь.
У открывшей им Алены глаза округлились от изумления — она меньше всего ожидала увидеть их. Выразительно оглянувшись, будто за ними кто-то следил, Валера приложил палец к губам; в квартиру они вошли на цыпочках. Одного взгляда на вешалку было достаточно, чтобы понять — они опоздали. Там висела кожаная мужская куртка — куртка Майора.
Сереге ничего не пришлось объяснять. Многозначительно переглянувшись с Яковлевым, он неожиданным захватом зажал рот Алене, ткнул ей пистолетом в бок, увел на кухню. А Валера, перехватив пистолет за ствол, занял засадную позицию в коридоре. Стена здесь образовывала угол, и Валера контролировал проход, оставаясь невидимым из большой комнаты.
В комнате послышался шорох, затем — крадущиеся шаги. Ага, злорадствовал Валера, забеспокоились. Интересно, сколько человек привез с собой Майор? Он поднял руку... Рукоятка пистолета опустилась на покрытый очень короткими густыми волосами череп, парень упал. Так и есть — квадратный подбородок, раскачанная до безобразия мускулатура. Конечно, это Марьинский — у них повальная мода на качков.
Сидевшие в комнате вскочили по тревоге; не дожидаясь, пока они подойдут к упавшему, Валера сунул пистолет за пояс - в узком темном коридоре от пальбы будет хуже ему, а не Майору, — вылетел из засады. Он никого не разглядывал, даже не считал противников.
Двух передних вырубил сразу, наградив одного ударом в солнечное сплетение, другому заехав в пах. Третий успел сообразить, в чем дело, и как-то лихо скрутил Яковлева. Высвобождая голову из захвата, Яковлев ногами успел осчастливить кого-то еще разок, вывернулся, коротким ударом в челюсть свалил третьего, когда перед глазами все вспыхнуло, и он упал на пол лицом вниз...
Алена порывалась что-то сказать Сереге, но у того не было желания вступать в переговоры с предательницей. Прижав ей сонную артерию, дождался, пока девушка поте-ряет сознание, аккуратно положил ее на пол и выскользнул в коридор. Никто, видимо, не понял, что Яковлев приехал не один, потому что человек направился к затаившемуся Сереге совершенно беспечно. И раскаялся в своем легкомыслии — Серега сделал подсечку, перепрыгнул через падавшего и направил ствол пистолета в лицо еще одному. Внезапно попятился, бросил пистолет, уселся на галошницу, прикрыв лицо ладонями... Плечи его дрожали от беззвучного смеха.
— Рыба, ты?! — спросил тот, в кого Серега собирался стрелять.
Серега не отвечал — не мог. От смеха он уже плакат. Это же надо суметь попасть в такое дурацкое положение! Никакого Майора не было, а Яковлев раскидал бригаду Цезаря, неизвестно каким ветром занесенную в квартиру Алены. Валерке еще было простительно — он знал в лицо только Цезаря и Финиста, а в темном коридоре, в суматохе мог не узнать их. Но Сере га-то знал всех! И к Димке, лежавшему в коридоре, он мог приглядеться, но почему-то этого не сделал.
Цезарь, сбитый с ног подсечкой, сидел на полу рядом с Димкой, изумленно раскрыв глаза.
— Это Рыбаков, наш будущий врач. А кого тогда я оприходовал?
Отсмеявшись, Серега сказал :
— Валерку.
Сашка вскочил на ноги.
— Э, я не убил его? Не хотелось бы...
Перешагнув через Дмитрия, он подошел к Яковлеву, перевернул его. Тог дышал — порядок. Радом сидел Глеб, потирая челюсть.
— Ну и удар у него!
— Не волнуйся, всем досталось. Мишка, ты как?
— Пару недель мне не до баб будет, это факт. Сами виноваты — подставились. Надо было его выманить, а мы вылезли все сразу.
— А что вы вообще здесь делаете? — удивился Серега.
— Ждем, — лаконично отозвался Мишка.
— Зачем? Мы должны были только в пять часов приехать.
— Вы не одни на белом свете. Еще Майор есть, который с минуты на минуту за неустойкой приедет.
