Тщеславие (ЛП) полностью

Он бросил мои сумки с небольшой осторожностью в открытый багажник и начал стягивать их ремнем.

Я наблюдала как он работает.

— Ты ждешь, что я открою тебе дверь? — спросил он, его сильный акцент снова удивил меня.

— Похоже, что я жду, когда ты откроешь мне дверь? — я съязвила в ответ.

Он прищурился.

— Тогда почему ты стоишь там?

— Это было бы самоуверенно с моей стороны просто усесться в твой джип без тебя, не думаешь? Возможно невежливо?

Его огрубевшие руки неожиданно остановились над туго натянутыми ремнями, и он посмотрел на меня дольше, чем я посчитала удобным, изучая меня, но также внезапно подошел к пассажирской двери, как будто только опомнился и открыл ее мне без слов. Я забралась в джип и наблюдала как он закрыл за мной дверь, перед тем как обойти автомобиль спереди и запрыгнуть в него.

— Сколько тебе лет? — спросила я, поворачиваясь к нему после того, как пристегнулась.

— Двадцать, — сказал он кратко.

Он был тихим, когда повел джип и помчался через нагромождение настойчивых такси ожидающих пассажиров.

— Потребуется час, чтобы доехать до столицы, — прокричал он через ревущий двигатель. — Кампала оживленный город, мисс Прайс, и я бы не останавливался, но думаю, это наша единственная возможность поесть перед длинной поездкой обратно к озеру Ньяго.

— Я как раз поела перед тем, как мы приземлились, — соврала я.

Честно говоря, я боялась есть все что было приготовлено не в Масего. Проклятый доктор Форд.

— Если тебе не терпится пройти через это, тогда мне тоже.

И это было последнее, что сказал Динган за всю поездку.

Тишина позволила мне наслаждаться видами невероятно привлекательной страны. Она также дала мне время смириться с тем, насколько моя жизнь изменится и насколько драматичными будут эти изменения.

Четыре часа очень долго. Достаточно долго, чтобы обдумать свою физическую реакцию на моего водителя и то, что я должна жить и работать с ним.

Я решила, что это было только цепкое сексуальное влечение, что я не потеряла контроль над собой. О да, ты королева самообладания.

Я повернулась к нему и насладилась его поджарой, мускулистой фигурой.

О. Мой. Бог.

— Это озеро Ньяго, — сказал Динган, испугав меня. — Детский дом Масего как раз к северу от этого озера. Землей, по которой мы сейчас едем, владеет Чарльз.

— Насколько много у него владений?

— Около пяти тысяч акров. Он владеет землей к северу от озера и к югу, и его собственность уходит на восток отсюда.

— Почему он купил землю в Уганде? — спросила я больше себя, чем Дингана.

— Почему бы и нет?

— Справедливо, — уступила я.

Динган раздраженно вздохнул.

— Это работа всей его жизни. Он хотел, чтобы землю обрабатывали. Удивительно, но земля в этой части Уганды стоит недорого. — Он ухмыльнулся.

Спустя полчаса мы объехали восточную сторону голубого озера и выехали на красную грунтовую дорогу.

— Масего всего в пяти минутах езды, — заявил он.

Мое горло упало к желудку, и я попыталась отмахнуться от дурного предчувствия.

— Как он выглядит?

— Он красивый. И ужасающий.

Я задержала дыхание на его ответ, брошенный неожиданно.

— Мне кажется, я должен подготовить тебя, — продолжил он.

Я сглотнула.

— Подготовить к чему?

— К здешним детям. — Неожиданный блеск появился в его глазах, и я смогла увидеть, как сильно он любил их, когда всего лишь говорил о них. — Некоторые изуродованы.

— Изуродованы?

— Покалечены.

— Я поняла, что ты имел в виду, но почему?

— Ты ничего не знаешь о нашем заведении? — спросил он нетерпеливо, прищуривая глаза.

— Ничего не знаю. Только то, что это детский дом.

Он медленно выдохнул.

— Мы слишком близко, чтобы начать объяснять сейчас. Чарльз или его жена Карина объяснят тебе все, когда ты приедешь. У меня нет времени. Я провел весь день, встречая тебя, и мне нужно починить забор на северо-восточном краю владения.

— Спасибо, что… встретил меня, — произнесла я медленно.

Он заерзал на своем сидении, и я могла бы сказать, что в моем присутствии ему не комфортно.

Очень некомфортно. Он хотел оказаться подальше от меня насколько возможно, и это привело в замешательство моих чертиков. Он совсем не знал меня.

Вдали я увидела длинный, высокий забор, окружающий то, что я приняла за Масего. Когда мы подъехали к устойчивым и прочным на вид воротам, я увидела слово Масего на потертом, падающем знаке.

— Что значит «Масего»? — спросила я.

— Благословение.

Я изучала его.

— Ты немногословный человек, Динган из Южной Африки.

Это неожиданно заставило его бороться с улыбкой и поразило меня. Он быстро убрал ее и пробормотал что-то, вздыхая. Потом он выбрался из джипа, чтобы открыть ворота.

Его мышцы напряглись под рубашкой, когда он передвинул тяжелое деревянное заграждение, а я сидела, наблюдая за ним. Ночь наступала быстро и фары джипа только усилили его красоту. Он был неожиданно высок для африканца. Шесть футов и один, возможно два, дюйма.

Хотя, с другой стороны, что, черт возьми, я знаю об африканцах?