Точное количество таких сообществ в Рунете сегодня подсчитать довольно сложно. Проблема заключается в первую очередь в скрытности этих видов сообществ: открытое распространение суицидального контента в Рунете с 2017 года запрещено законодательством и сегодня всё эффективнее блокируется социальными сетями (хотя нужно отметить, что не всеми – западные соцсети уклоняются от блокировки суицидального контента). Это заставляет сообщества маскировать свой деструктивный контент. Для этого применяются различные приёмы:
• замена реальных фотографий суицидентов или людей, которые наносят себе повреждения, мемами и кадрами мультфильмов – преимущественно аниме;
• исключение из лексики сообщества самого слова «самоубийство» и его синонимов и замена их сленгом («самовыпил», «выход» и др.);
• использование вместо прямых призывов к самоубийству мрачных цветовых решений в публикуемом контенте в сочетании с текстами, создающими ощущение обреченности, безвыходности, навязывающими мысль, что единственный выход – свести счёты с жизнью, но напрямую не призывающими к этому.
Однако такая «маскировка» не значит, что нельзя оценить масштабы распространения суицидального и аутодеструктивного контента. Так, по оценке специалистов компании «Крибрум», по состоянию на 2020 год потребителями контента суицидальных групп являлись около 1,9 миллиона пользователей социальных сетей, из которых не менее 700 тысяч – подростки[80].
Важно помнить, что, как бы администраторы данных сообществ ни старались замаскировать суицидальный контент, основная его задача – обесценивание человеческой жизни. Пользователям таких групп внушают, что выход из любой сложной ситуации – только в самоубийстве или причинении вреда своему здоровью.
Что должно насторожить родителя или преподавателя: наличие в сообществе (или ленте новостей аккаунта ребёнка) фотографий увечий: порезов, ссадин, крови и др.; мрачные тона и депрессивные фотографии, а также цитаты, обесценивающие жизнь.
Стоит отметить, что само по себе наличие подобных сообществ в подписках у подростка не всегда является показателем его склонности к суициду и не должно сразу же порождать упрёков и тем более агрессии со стороны родителей и близкого окружения. Однако, как утверждают специалисты в области детской психологии, это всегда повод аккуратно разобраться, что послужило причиной интереса ребёнка к такому контенту.
Школьные расстрелы (скулшутинг). Расстрелы в школах – частный случай так называемого масс-шутинга (массовых убийств), довольно давно ставшего «популярным» в США. Сегодня в российском сегменте социальных сетей происходит популяризация как самого явления, так и преступников, совершивших акты скулшутинга. Преобладающее большинство сообщений на эту тему – позитивные, содержат признания в любви убийцам, сочувствие им и поддержку их действий. Активность началась с середины февраля 2017 года и длится до сих пор.
Что должно насторожить: наличие в подписках у подростка (или в ленте новостей его аккаунта) сообществ, посвящённых известным случаям скулшутинга[81], а также лицам, которые непосредственно совершили эти преступления.
Криминальная идеология. Одним из наиболее узнаваемых примеров активного проникновения криминальной идеологии в молодёжную среду является АУЕ. Аббревиатура имеет несколько значений: «арестантский уклад един» или «арестантско-уркаганское единство»; может выступать и как клич, и как приветствие. Явление начало обретать популярность в Сети в 2015–2017 годах, а позже активно популяризировалось представителями шоу-бизнеса, что и обеспечило достаточно быстрое превращение АУЕ в самостоятельную молодёжную субкультуру. В 2020 году АУЕ признано в России экстремистской организацией[82].
В сообществах АУЕ романтизируется тюремный и воровской быт, популяризируются криминальные авторитеты, знаменитые преступники, а также криминальные герои книг, фильмов, сериалов. Последователи используют тюремную символику и тюремный сленг, изучают тюремные кодексы, проявляют склонность к насилию, асоциальному поведению и готовность к совершению преступлений.
Пик роста популярности данной субкультуры в Сети пришёлся на июль 2017 года, на данный момент количество аккаунтов, так или иначе вовлечённых в восприятие и распространение контента, содержащего криминальную идеологию, составляет более 35 миллионов.
