Прежде всего – ради денег. Большое количество деструктивных сообществ рассматривается организаторами как неисчерпаемый источник денег в обмен на идеологический заряд. Нужно приучить пользователей к своим идеям, убедить их в своей правоте и поддерживать на должном уровне заинтересованность – и можно постоянно менять идеи на деньги. Либо напрямую – постоянно объявляя сбор денег (например, на поддержку «узников режима» в политизированном сообществе или на «грев на зоны» в сообществе, пропагандирующем идеи АУЕ) либо продавая брендированную атрибутику, аксессуары и прочий «мерч». Успешно монетизируется и трафик за счёт показов рекламных блоков в полном соответствии с формулой «если что-то для вас бесплатно, значит, товар – это вы».
Однако одним обогащением интерес организаторов не ограничивается. Можно с уверенностью говорить о том, что стратегические цели информационных кампаний, связанных с распространением деструктивного контента, – политические. Контроль над сознанием масс пользователей завоёвывается для дальнейшего их включения в политическую жизнь.
Наиболее вероятными целями распространения деструктивных субкультур и девиантных сообществ и течений являются:
• массовое распространение информации в социальных медиа, захват внимания, расширение аудитории;
• обесценивание традиционных ценностей, формирование у подростков искажённых ценностей;
• создание у пользователей социальных медиа ощущения неблагополучия и опасности не только в виртуальном мире (в соцсетях), но и в государстве, то есть в объективной реальности;
• внедрение и распространение радикальной деструктивной идеологии;
• вербовка внушаемых и ориентированных на деструктив подростков и молодёжи для дальнейшего вывода их активности в офлайновую реальность;
• дестабилизация социальной и политической жизни государства.
Ярчайшим примером дестабилизирующей деятельности является активность начала 2021 года, когда сообщества для привлечения подростков к участию в акциях протеста использовали новые для них каналы агитации и распространения информации, ориентированные прежде всего именно на молодёжь, например видеосервис TikTok. С помощью традиционных и новых информационных каналов пользователям транслировались прямые и откровенные призывы к выходу на улицы, участию в несанкционированных митингах и открыто поощрялись столкновения с полицией. Видео реальных столкновений мгновенно публиковались и тиражировались; лидеры мнений и рядовые распространители восхваляли «героев сопротивления» и призывали следовать их примеру.
Однако, как только прошли первые задержания нападавших, сами митинги были оперативно пресечены полицией, а организаторы и активные подстрекатели арестованы, всем стало ясно, что подобные действия будут рассматриваться в строгом соответствии с законом, без всяких поблажек, аргумент «они же дети» не сработает, а наказание будет вполне реальным. Этого понимания оказалось достаточно, чтобы уличная активность протестных сообществ резко снизилась и практически полностью ушла обратно в онлайн.
Что в итоге? Деструктивные сообщества развиваются, для вовлечения пользователей используется весь инструментарий социальной инженерии, о котором мы рассказывали в предыдущих главах. Перед деструктивными идеями наиболее беззащитна молодёжь, методы воздействия манипуляторов на подростковую психику постоянно совершенствуются.
Меняется и тематика деструктивных сообществ – они всё больше политизируются, активно внедряя в молодёжную среду протестную повестку и стремясь направить подростковую активность в радикальное русло.
Для того чтобы противодействовать этой разрушительной деятельности, недостаточно родительского участия – требуются объединённые усилия семьи, школы и государства. Но родительское внимание к умственной и душевной жизни подростка и влияние на него остаётся ключевым фактором, без которого любые другие усилия по борьбе с деструктивными идеями и движениями будут малоэффективны.
Манипулятивные техники – тот инструментарий, с помощью которого хищные сетевые структуры, рассмотренные в предыдущей главе, вербуют сторонников и активистов. При всём внешнем разнообразии применяемых методов эти техники используют одинаковые механизмы воздействия на пользователя и вовлечения его в свою деятельность.
Основная задача и цель, побуждающая подростка к активности в Интернете, – это самоутверждение, то есть и стремление к самоценности, и результат, возникающий в процессе реализации личностного потенциала. И это же желание самоутверждения делает подростка уязвимым для манипуляций в Интернете.
Самоутверждаться можно по-разному. Психологи выделяют три модели поведения подростка:
• конструктивное самоутверждение;
• деструктивное самоутверждение;
• отказ от самоутверждения.
