— К чему говорить о страхах? — поморщился Аршалай. — Тем паче сам знаешь — все, что угрожает моей голове, и твоей не полезно… Но я пекусь о другом. Каргай наверняка кого-то выследит. Ибо в последнее время в наших краях действительно проросли зерна мятежа. Однако кто может сказать наверняка, что наш ловчий случайно не захватит истинного царевича? Как мне видится, Киран удобно расположился на престоле своего тестя и вовсе не горит желанием кому-то его отдавать.
— Тогда он сам бунтовщик!
— Ты сегодня проницателен как никогда, мой друг! Но за ним есть сила, а за местными самозванцами — нет. И что хуже всего, сейчас ее нет и за настоящим царевичем. За храмом тоже, иначе бы они его не прятали… А это значит, что Каргай может поймать настоящего Аюра и утопить его в болоте — и никто ему слова не скажет…
Данхар поглядел на него с недоумением:
— К чему ты ведешь?
— Как — к чему? Сейчас, когда Аюр слаб и одинок, первый, кто поможет ему, станет его лучшим другом и соратником!
— Но Киран все еще сидит на престоле, — напомнил Данхар. — Он объявит истинного Аюра самозванцем, а нас с тобой — бунтовщиками и назначит награду за наши головы.
— И об этом я тоже размышлял, — кивнул Аршалай. — Признаюсь, мысль о том, что моя голова, отдельно от всего остального тела, будет глядеть на въезжающих в Верхний город, совершенно меня не радует.
— И поэтому ты придумал…
— И поэтому я действительно кое-что придумал. Как ты помнишь, твой родич Ширам нынче провозглашен саарсаном и успешно воюет на юге. Когда царевич будет у нас, ты уведомишь его о том, что Аюр — здесь, в безопасности, окруженный надежным войском…
— Я не стану посылать Шираму письмо. И никаких дел с ним иметь не желаю.
— Слушай, мне нет дела до ваших семейных дрязг. Какие-то давние счеты не должны стоять на пути великих деяний!
— Я не стану, — раздельно ответил накх.
— Значит, найди, кто это сделает вместо тебя!
Голос Аршалая прозвучал резко, как удар кулаком об стол.
— Нет! — бросил Страж Севера.
С десяток шагов они шли молча.
— Ладно, — произнес наконец Аршалай, — не хочешь — не пиши. Когда Аюр будет в наших руках, всегда останется возможность войти в переговоры с Кираном. Скажем, что мы нарочно изловили царевича, чтобы передать ему из рук в руки. Но в любом случае этот наглый Каргай с его войском для нас — как заноза в заднице.
— Что мне с ним сделать? — спросил Данхар.
На губах вельможи вдруг заиграла лукавая улыбка.
— Раз уж он следопыт, то и пусть идет по следу!
— Какому следу? — в замешательстве спросил Страж Севера, тщетно пытаясь успеть за причудливым полетом мысли наместника.
— Который ты ему проложишь.
— О чем ты, не понимаю!
— Скоро я дам тебе того, кто на время станет Аюром. Твоя задача — пусть Каргай узнает о нем. И проследи, чтобы ловчий ушел за ним как можно дальше в чащобы, туда, где он перестает доставлять нам беспокойство… Можно, к примеру, завести его к южным отрогам Змеиного Языка. Говорят, там водятся такие жуткие твари, что можно помереть от одного их вида…
— Сделать так, чтобы он там и остался? — уточнил Данхар.
Наместник неопределенно пожал плечами:
— Я сказал "увести". Но ты волен понимать как пожелаешь. Я не стану останавливать тебя.
Страж Севера кивнул.
— А что потом, когда мы избавимся от Каргая? Начнем ловить Аюра?
— Ох, что ты такое говоришь?! Не "ловить Аюра", а искать молодого государя, чтобы верноподданнически предложить ему помощь и поддержку! Кстати, из Белазоры ведет не так много дорог. Советую твоим воинам следить за жрецами, которые отправятся оттуда в лесной край в одиночку…
— Угу, — ухмыльнулся накх. — А всех самозванцев, какие мне подвернутся в поисках, я, стало быть, побросаю в болото…
— Ну зачем же сразу в болото? Их тоже тащи ко мне. И непременно вместе со жрецами! — Аршалай воздел руки в притворном негодовании. — "Неужто Северный храм опустился до такого низкого обмана?!" Этот вопрос я задам Светочу при встрече. Ну а если мы с ним не договоримся, ложные Аюры и настоящие луковые жрецы в одной клетке отправятся к Кирану…
Тропа вновь вывела их на берег озера, возле заросшего камышом затона. Наместник и воевода остановились, наблюдая за полетом гусей, которые клином летели к югу, то появляясь, то исчезая в разрывах туч. Было слышно, как птицы еле слышно перекликаются где-то в вышине.
Наместник вдруг застыл на месте, невольно пригнувшись. Над пожелтевшими камышами плавно двигалась черная, по-змеиному длинная шея.
— Смотри! — зашептал Аршалай. — Святое Солнце, кто это там?
Через мгновение он получил ответ. Из камышей на чистую воду медленно выплыл огромный черный лебедь. У наместника перехватило дыхание. Ничего подобного он в жизни не видал. В Бьярме лебеди встречались редко, только белые и куда мельче.
— О свет Исвархи, впервые вижу такую птицу! — Аршалай, не разгибаясь, начал пятиться от озера в сторону крепости. — Скорее пошли кого-нибудь за моим луком, он у седла…
