— Ну, как ты верно заметил, меча у этого парня уже нет. — Данхар наклонился, выпрямился и поднял два обломка палки. — Видишь? У десятника проломлен череп, толстый конец палки в крови. Тонкий конец тоже в крови, он заострен — я бы сказал, искусно обломан. Там, у самой дробилки, лежит еще один бедняга. Ему воткнули древко в горло. Я уверен, то же самое древко. Но заметь — бунтовщик не позарился на копье. Он был совершенно уверен в своих силах. С легкостью убил двух вооруженных стражников сломанной палкой, забрал меч…
— Что ж, тонкое наблюдение, — похвалил Аршалай. — И что это нам дает?
— Многое, мой благородный друг. Очень многое. Окажись среди ссыльных накх, я бы не удивился столь ловкому владению оружием с обеих рук. Но мне известно еще одно племя, где подобное в чести. Это венды. Их с детства учат сражаться двумя руками, используя второй клинок вместо щита. Покуда не пришли арьи с конными лучниками, и нам, и им для войны этого вполне хватало. Лютвяги и сейчас умудряются отбивать палкой летящую стрелу… Итак, мы имеем дело с вендом. Он высокий — здесь остались его следы, — сильный, дерзкий, очень быстро соображает. И, судя по тому, что унес меч, он прошел обучение в столице, в войске государя. А теперь скажи мне, как его зовут.
— Варлыга, — с отвращением проговорил Аршалай. — То-то я думал, где он так хорошо навострился болтать по-нашему…
— Тот самый, которого ты поставил старшим над землекопами, — посмеиваясь, уточнил Страж Севера.
— Я, несомненно, сделал правильный выбор! — обиделся наместник. — Он прекрасно руководит людьми… Кстати, у меня имеется по его поводу кое-какая мысль…
— Порубить на куски и скинуть в ров?
— Для начала излови его. Живьем.
— Лучше бы мертвым, — буркнул Данхар. — Таких лучше в живых не оставлять.
Наместник покачал головой, улыбаясь:
— Не-ет. Варлыга мне еще пригодится…
Лесная речушка была не слишком широкой, но быстрой. Струи воды вскипали и пенились на перекатах, то и дело обнажая речное ложе, усеянное обломками дикого камня.
— Здесь пойдем, — внимательно осмотрев противоположный берег, промолвил Андемо.
— Уверен, что здесь? — с сомнением глядя на бурлящий среди камней поток, спросил Варлыга. — Не снесет?
— Я тут прежде ходил, — ответил бьяр. — А на той стороне, как пройдем, надо будет сразу греться. Вода студеная!
— До той стороны еще дойти надо…
— Дойдем. Все тихо. — Он обвел рукой густой окрестный ельник. — Арьяльцы про этот брод не знают.
— О прошлом ты говорил то же самое — а мы едва не столкнулись с ними нос к носу!
— Они, верно, и не знали, раз так шумели. Нас искали, вот и наткнулись на брод. Поди, и сейчас нас там ждут… — Молодой бьяр улыбнулся. — Мы-то их видели, а они нас — нет!
— Может, ты и прав…
Варлыга еще раз внимательно осмотрелся. Лес, казалось, спал долгим, беспробудным сном.
— Дам тебе трех вендов, — решил предводитель беглецов. — С ними вперед уйдешь. Осмотритесь там. Если и впрямь все как видится, дай знак. Мы пока подождем тебя здесь. И братья твои тоже.
— Братья-то чего? Не доверяешь?
— Когда б я вам не доверял — еще у первого брода прикончил бы, — мрачно ухмыльнулся Варлыга. — Не говори пустого. Сам подумай — а вдруг и тут арьяльцы уже засели? Как нам обратно в лес уходить? Нас тут же отыщут по горячему следу! А так, глядишь, твои братья уведут тайными тропами…
— Все-то предусмотрел, — покачал головой Андемо. — Значит, мне, если что, первому погибать?
— А ты как думал? Мы с тобой о том и рядились. Мои парни тебя с братьями на Великом Рву защитили? Защитили. Когда бы не они, вас бы там попросту затоптали.
— Защитили, — склонил голову бьяр. — Ты, верно, и сам не понимаешь, что для нас сделал. Милостью богов ты вызволил моих родичей из Длинной Могилы. Аршалай губит землю, разрушает обиталища духов, оскверняет священные места — и все это нашими руками! Гнев Тарэн зреет, как весенний паводок, чтобы внезапно прорваться, уничтожая правых и виноватых. Мы страдаем от этого ожидания больше, чем от голода и непосильного труда. Наместник, словно слепой или безумец, тащит всех прямо в трясину…
Варлыга с изумлением слушал приятеля. Никогда прежде он не слыхал от тихого и немногословного Андемо таких длинных речей.
— Мы все обязаны тебе больше чем жизнью, — продолжал тот. — И поможем всем, чем сумеем. Хочешь пройти через наши земли до Холодной Спины — значит тому и быть. Мы пойдем вперед, разведаем дорогу, проведем тебя и твоих людей, а потом вернемся по домам. И будем молить нашего небесного защитника Зарни Зьена снова явиться и остановить святотатство.
— Да услышат тебя ваши бьярские боги, — отозвался Варлыга.
