– Думаю, да. Здесь, под бдительным оком Маноло, ей бы не удалось раздобыть героин. Этот Филипп, он не похож на наркомана?
– Нет, он вышел ко мне в одних трусах, у него на теле нет ни единого следа от укола. И вообще, он выглядит на редкость здоровым.
– Значит, наркотик Мила, как мы и думали, привезла с собой. Нужно идти к нашим ребятам, пусть позвонят своим и потребуют пошевелиться, выяснить, где и у кого Мила брала наркотик.
Николай Валентинович и без нас сосредоточил свои усилия на поисках торговца, который мог продать Миле смертоносное зелье. И хотя чутье подсказывало ему, что обыкновенный барыга тут ни при чем, он не видел другого выхода. Основная трудность заключалась в том, что Мила вела очень замкнутый образ жизни и мало с кем общалась. Не возлагая особых надежд на подругу убитой – Наташу, майор все-таки направился к ней.
Была середина дня, но дверь ему открыла нечесаная молодая женщина в откровенно драном халате. Зрелище, которое открылось его взору, поразило майора в самое сердце. У него в голове не укладывалось, как можно место, где живешь, довести до подобного состояния. По углам громоздились горы грязного белья вперемешку с чистым, но неглаженым, с книгами, банановыми шкурками, какими-то бумажками и прочим хламом. Все это начиналось в прихожей и волной катилось дальше.
Кроме того, по всей квартире разносился специфический дух неубранных испражнений животных, а под ногами путались несчастные кролики и грязные персидские кошки со спутанной шерстью.
– Пойдемте ко мне, – пригласила его женщина. – Вы ведь из издательства? Сейчас отдам вам верстку.
В комнате Наташи было немного чище. По крайней мере, здесь мусор отсутствовал, а небольшой рабочий беспорядок на столе майор мужественно вытерпел. Если бы хозяйка еще время от времени вытирала пыль со своих многочисленных книг, валяющихся по всей комнате, то было бы вообще сносно.
– Я не из издательства, – сказал он, доставая удостоверение. – Я к вам по поводу вашей подруги Милы.
– А что с ней случилось? – внимательно изучив удостоверение, спросила Наташа.
– Что вы можете рассказать мне о ее личной жизни? – игнорируя вопрос, спросил майор.
– Ничего, не было у нее личной жизни. Вся ее жизнь заключалась в том, чтобы раздобыть денег на очередную дозу, – сказала Наташа, закуривая сигарету.
– Вы не очень-то тепло к ней относитесь, – сказал майор. – А ведь она была вашей подругой.
– Была, не была, какая разница? Стерва она, – сказала Наташа. – Вечно у подруг мужиков уводила. Еще со школы за ней такой грешок водился.
– И у кого она увела?
– У одной девки в нашем классе увела парня. У Медведевой Ирки. А самой Миле этот парень даром был не нужен. Просто так увела по вредности характера. И Степа тоже должен был на мне жениться, он мне обещал, и я видела, что он не врет. Если бы эта моя подруга не вмешалась, я бы сейчас не так жила.
Майор не стал комментировать ее замечание.
– Но все-таки какая-то личная жизнь у Милы была. Пусть не сейчас, а в прошлом.
– В прошлом у нее был Вольдемар, а потом она сразу подцепила Степу и выскочила за него замуж, соблазнив его отдельной квартирой.
– Можно поподробней про этого Вольдемара? – попросил майор.
– Вообще-то его звали Володей, но он требовал, чтобы его называли Вольдемар или в крайнем случае Владимир. Странная была парочка, я вам скажу. Он появился, когда мы еще в школе учились, и сразу же обратил внимание на Милу. Какого-то ребенка для съемок искал. Не знаю, нашел он нужного ребенка или нет, а вот с Милой у них закрутилось. Он был старше ее на двадцать, а то и на все тридцать лет. Понятное дело, что она поощряла их отношения. Но я удивляюсь ее матери: вместо того чтобы запретить своей дочери встречаться с этим типом, она ничего не делала. Но я думаю, что это ей брат так велел. Милина мамаша всегда его слушается, словно рабыня. Даже противно, никакого собственного мнения, во всех серьезных вопросах к нему бежала. Не к собственному мужу, а к брату. Впрочем, папа у Милы вечно пьяный сидел, соображал поэтому плохо и вместо совета обычно орал на жену: мол, она дура, а денег у него нет.
– Про Владимира, пожалуйста, – попросил майор.
– А что про него, он уехал куда-то за границу, и все. То есть сначала он писал, а потом не знаю. Сейчас я вам его покажу, у меня где-то сохранились фотографии, где все мы сняты на пикнике.
И Наташа полезла в застекленный шкаф. Оттуда немедленно высыпалась стопка книг и тетрадей.
– Вот, нашла! – сказала женщина и вытащила из шкафа пыльный альбом. – Сейчас я вам покажу.
И она ткнула пальцем в цветную фотографию довольно хорошего качества, на которой можно было увидеть высокого темноволосого мужчину, красивого, но в его красоте чувствовалось нечто демоническое. Рядом с ним стояла хрупкая молоденькая девушка, почти девочка, с сияющими голубыми глазами и светлыми длинными волосами.
– Это Мила? – не поверил своим глазам майор.
– Она, – кивнула Наташа. – Что, здорово изменилась?
Майор потрясенно кивнул. Между девушкой на фотографии и той женщиной, снимки которой он нашел у нее на квартире, не было почти ничего общего.
